Я понимал, что сторк сейчас чувствует. Да, понимал... Униженный пленом (конечно, это плен, как не называй!) и невозможностью отомстить хотя бы солдатам охраны, он был рад разделаться с подвернувшимся своим ровесником из ненавистных землян.

   Я был другом Кольки. В драки один на один у нас не вмешиваются. Но тут дело пахло убийством - во всяком случае, у нас упавшему разрешают встать, а не пытаются размазать его физиономию по травке. Я перехватил руку сторка полунельсоном и рывком поднял его с Кольки.

   Вокруг заорали на разные голоса. А мне показалось, что я схватил тугую сжатую пружину. Но я просто оттолкнул сторка.

   Оттолкнул изо всех сил - и удивился, увидев, что он устоял на ногах и повернулся ко мне - ноздри раздуты, губы кривятся, глаза горят.

   - У вас бьют лежачих? - спросил я, помогая Кольке - он держался за плечо - встать. - Это так положено, да?

   Парень непримиримо дёрнул плечом и что-то пробурчал. Потом, не поворачивая головы, спросил своих:

   - Й`тс стемм тар оззка?

   Тот мальчишка, что читал у фонтана с компьютера, сказал, явно отвечая:

   - Й'тта омра квим драуг'н луйтта, - а один из метавших копья добавил:

   - Дот либ'аатта херрда драгга. Стемма та блидда, но т'эзт херрда.

   Дравшийся с Колькой невнятно огрызнулся и... покраснел. Буквально зажёгся розовым изнутри. А уши сделались вообще рубиновыми.

   Это было смешно. Я же почти физически ощутил, как спало - рухнуло - напряжение.

   - Меня Ромка зовут, - сказал я неожиданно для всех и для самого себя. - А это Колька.

   Другие ребята не спешили представляться, посматривая на сторков. Те тоже помалкивали. Тогда дравшийся с Колькой оглянулся на товарищей, потом посмотрел на нас и... сказал негромко, показывая себе в грудь чисто земным жестом:

   - Милн.

   Мальчику было двенадцать вёсен, и он хотел есть.

   Он не ел шестые сутки, и мысль о еде осталась единственной в его голове. Ещё неделю назад он никогда не поверил бы, что может быть так - когда не можешь больше ни о чём думать, и в такт шагам словно бы кто-то шепчет в уши: "Хочу есть хочу есть хочу есть хочуестьхочуестьхочуесть ..."

   Он хотел есть и во сне - просыпался от голода и, сунув руки в карманы, пускался бродить пугающе изувеченными улицами, пока всё тот же голод, подступивший головокружением или тошнотой, не заставлял его снова где-то сесть. Сесть - и бесконечно, бесцельно разглядывать всё ещё дымящиеся развалины, недавно бывшие домами. Никакой самоконтроль не помогал... Точнее - помогал. Помогал не лечь, не закрыть глаза и не уплыть в блаженное ничто.

   Мальчишка давно бы ушёл из развалин посёлка инженеров. Но он плохо знал окрестные леса и понимал, что живущие там йулл убьют его. Сама мысль, что эти мерзкие дикари могут убить его, сторка Высокого Рода, ту же неделю назад показалась бы невозможной. Но сейчас он знал - это возможно. Ещё как возможно. Слишком много видел он мертвецов за последнее время - с того момента, когда звено земных истребителей уничтожило посёлок вместе с лидарной станцией и неразвёрнутой позицией ПКО.

   Последние двое суток на окраине, где развалины кончались, стоял пост землян под ненавистным флагом, присутствие которого добавочно оскверняло уничтоженное. Алое с золотым ненасытным насекомым-раскорякой знамя врагов - на земле, которую Сторкад уже полвека считает своей!

   Ещё недавно он, рассматривая изображения вражеских символов, солдат и техники, удивлялся, до чего золотой значок Земли похож на старинные орнаменты самого Сторкада.