- Наверное, - подумав, согласился Рэм. И ещё подумал, что новому Императору всего тридцать лет. И что совсем недавно он сам повёл Флот, и Флот разметал, как смешной сор, принаглевших было дайрисов и выбил их далеко от границ Империи. И что у Императора - тогда ещё, правда, Цесаревича - была очень весёлая свадьба. И что он сам разработал большой план новой волны Освоения... Так что, наверное, всё на самом деле правильно.

   Но теперь уже Тойво продолжал думать про бывшего Императора. Видимо - думать очень и очень серьёзно. Он спросил неожиданно:

   - Как думаешь, твой дед его знает? Ну, Императора... бывшего?

   - Дед - Императора?

   Рэм задумался...

   ...Белова-деда мальчишки из посёлка и окрестностей побаивались и одновременно тянулись к нему. В посёлке было немало ветеранов Той Войны, и они даже были зачастую ещё совсем не старые, по 70-90 лет, а то и моложе. Вечно хмурый, живший даже не в доме Беловых, а во времянке глубоко в саду, которую он сам построил и отделал, как ему нравилось, малоразговорчивый, худощавый жилистый старик был окружён в их глазах и в их разговорах самыми разными легендами, тем более, что толком о нём ничего не знали ни сыновья, ни внуки. Говорили, что в Войну он был пластуном (пилотом разведывательного корабля, разведчиком на вражеской территории и т.д.). Говорили, что был в плену у нэйкельцев (называли и другие расы) и бежал из плена через пол-Галактики. Говорили, что он заседал в Большом Круге. Говорили... короче, много чего говорили. Уже то, что он совершенно точно получал пенсию от Императора (дело небывалое), могло подтвердить любой из этих слухов.

     Иногда деда удавалось уговорить выступить в пионерском отряде, но рассказывал он, как правило, о бытовых или даже смешных вещах, которые были на войне. Интересно, причём очень - вот только сделать на этой основе какие-то выводы о его прошлом было нельзя. Несколько раз он уезжал в столицу на какие-то встречи, но и о них не говорил никому и ничего.

   А ещё Белов был знаменит тем, что рядом с его времянкой на большом, старательно возделанном, участке росли единственные на Яснозорье непарниковые арбузы. Парниковые овощи и фрукты, как ни старайся, годятся только на переработку, вкус свежих у них "унылый", как однажды сказал ещё маленький Рэм. На всей остальной планете арбузы не приживались ни в какую. Даже у таких мастеров арбузного дела, какими были кубанские казаки, восемь станиц которых жили на реке Каменной, с арбузами ничего не вышло - что-то в почве-воздухе-воде было такое-не такое. А Белов-дед - добился успеха. И каждый год 25 августа, в День Жатвы, на большой ярмарке он раскидывал свой павильон, усаживался среди арбузных горок, похожих на пирамиды древних ядер - и менялся. Никогда ни единого арбузика не продал за деньги, только менял на самое разное, да ещё раздавал даром, особенно туземцам, которые были сами не свои до этой земной ягоды (по слухам, у них тоже пытались выращивать арбузы - методами от научно-практических до оккультных и вроде бы даже кого-то побили палками то ли за обещанный и невыданный результат, то ли ещё за что...) Сорт дедов и назывался "Ядро" - косточки у него группировались в самой сердцевине и не мешали нормально есть, не надо было каждую секунду отплёвываться... Если от урожая что-то оставалось (это было нечасто) - Белов-дед перегонял арбузы на нардек и домашний ликёр с таким арбузным запахом, что его хотелось пить даже детям. Но ликёр (за исключением пары бутылок, остававшихся "в семье"), старик отвозил туземцам на их осенние праздники, бурча в ответ на сердитые вопросы: "Я колонизатор, а не кот чихнул. Я обязан дикарей спаивать!"...

   ...Кстати, два года назад на такую ярмарку явился сторк. Сторки на Яснозорье были постоянно, но как правило по политическим и торговыми делам - за пределы столичной губернии они почти не выбирались.