– На все сто, – ответил магистр сенсориума Тамаз.

Здесь также были Джучи и Имань, повышенный до дарга после Мемноса, а также множество других воинов братства. Все были в доспехах и с оружием.

– Идем на перехват, – приказал Шибан, занимая место на троне. – Полный вперед.

Уже находившийся в боевой готовности фрегат увеличил скорость до атакующей, оторвавшись от других кораблей. К этому времени сигнал тревоги продолжал распространяться по всему флоту, выводя «Калджиан» во главу стаи.

Джучи подошел к Шибану.

– Мой хан, – обратился он осторожно.

Шибан смотрел перед собой.

– Никаких советов про осторожность, брат, – сказал он. – Остальные присоединятся к нам в считанные минуты. – Он чувствовал барабанный бой двигателей, доносящийся сквозь палубу. – По крайней мере, мы сможем заявить первую победу. Хоть это у нас еще не отняли.

«Калджиан» догнал «Ся-Ся» и занял позицию во главе остальных кораблей, рассредоточившихся для перехвата чужого сигнала. Через несколько минут первый вошедший в систему корабль был захвачен носовыми авгурами.

– Зарядить основной лэнс, – приказал Шибан. – Сколько кораблей прибыло?

Тамаз ответил не сразу.

– Один, мой хан.

Шибан засмеялся.

– Храбрец. Он оторвался от своих.

Тамаз взглянул на него.

– Нет, мой лорд. Всего один. Других сигналов нет. И нас приветствуют.

По линзам сенсоров потекли данные чужого корабля, и тут же странность ситуации стала понятной. Это был не военный корабль, а системный прорыватель блокады, едва способный совершать варп-прыжки.

– Мне передать приветствие? – спросил Тамаз.

Лэнс «Калджиана» оставался наведенным на приближающийся корабль, который почти был виден через иллюминаторы. Шибан почти бессознательно просмотрел предбоевую процедуру, отчетливо представляя вспышку света от выстрела носового лэнса. У этого корабля не было никаких шансов – точное попадание мгновенно уничтожит его.

– Мой хан?

– Сохраняй курс, – резко бросил Шибан. – Навести макроорудия на двигатели. Переключить приветствия на меня.

Отфильтрованная системами шлема аудиозапись была забита белым шумом. Но даже в этом случае сигнал был достаточно четким, и с первых слов Шибан почувствовал, как его накрыла холодная волна воспоминаний.

«Торгун-хан и пятеро воинов из истребительной команды сагьяр мазан ответили на призыв Легиона. Ждем приказаний».

Голос не сильно изменился. Возможно, хорчин стал чуть лучше, прибавилось чогорийской интонации. По крайней мере, он усвоил обычай Легиона и больше не говорил о «роте». Прежнее братство Луны было расформировано, его воинов проверили на верность, после чего разбросали под командование других ханов. Так что по правилам он даже не должен был использовать почетное наименование.

По правилам он должен был умереть. Так было справедливо.

Два корабля продолжали мчаться навстречу друг к другу, и системный блокадопрорыватель превратился в видимую вдали белую точку. Другие корабли флота следовали за «Калджианом», приведя в боевую готовность орудия. На такой дистанции они могли и не принять приветствия, и единственный выстрел решил бы проблему.

– Какие будут приказания, Хан? – спросил Джучи.

Один выстрел с «Калджиана» или любого другого корабля. И никакого осуждения, да и потеря невелика.

– Хан?

Шибан оторвался от мыслей и поднялся с трона.

– Передай отбой всем нашим кораблям, – сказал он, направившись к своей гуань дао. – Выбери десятерых воинов из мингана в полной броне и боевой готовности.

Он активировал энергетическое поле клинка, и оно ожило, пылая так же ярко, как когда-то на белоснежных равнинах Чондакса.