За полминуты я перебил всех, кто после ожогов не успел выбраться из густой пелены пара. Живыми оставались лишь те, кто успел разбежаться.

«Ещё остались те, кто наверху, — понял я. — Надо быть осторожнее».

В этот момент вновь взвыло чувство опасности. Кровавое наитие позволяло ощущать врагов. Вместе с этим проявилось и другое, ещё неизученное ощущение — я уловил, как кто-то концентрирует энергию, готовясь к атаке.

Напрягшись изо всех сил, я вывернулся в невозможном рывке. Позади знакомо ухнуло: там, где я был мгновение назад, кинетическая волна разорвала густой туман, с грохотом раскидав всё на своём пути.

В ответ я раскрутил цепь и метнул Братца. Череп, оставляя за собой полосы призрачного огня, на этот раз настиг цель.

Громкий крик разнёсся под сводами зала. Вспышка призрачного света, когда Братец выпил чужую жизнь, привлекла внимание оставшихся в живых. Воспользовавшись этим, я отбежал к стене и замер там, вновь активировав плащ.

Туман, вызванный смешением энергий противоположных стихий, уже достаточно поредел, чтобы карлики начали видеть. Зал наполнили их крики и угрозы. Наблюдая из укрытия, я насчитал троих выживших — без учета тех, что держали в осаде стрелков этажом выше.

Карлики тоже заняли позиции: двое спрятались за прилавком какого-то магазина, а один, отмеченный мной как командир, стоял у колонны. Он озирался, явно пытаясь найти убийцу.

И вдруг его взгляд остановился на мне. В следующее мгновение он выхватил жезл и направил прямо в мою сторону. Меня заметили!

Не дожидаясь, когда накроет кинетическая волна, я рванул в сторону. Секунды хватило лишь на то, чтобы спрятаться за несущей колонной. Тут же ухнула кинетическая волна. Колонна разлетелась осколками и облаком пыли. Один из обломков угодил мне в плечо. От удара меня развернуло, а рука онемела, потеряв чувствительность.

Препятствие было уничтожено, и теперь меня от командира карликов отделяло лишь облако пыли. Противник не спешил в ближний бой, но я ясно ощущал, как его артефакт перезаряжается для новой дистанционной атаки. Если попадёт — от меня не останется даже следа.

— Коготь! — донёсся крик Михайлова. — Лови!

Обернувшись, я успел заметить, как он бросил мне расходник — тот самый, что создавал щит. Поймав предмет, я тут же активировал его.

Через секунду противник закончил подготовку и применил артефакт. С глухим звуком ударила кинетическая волна. Я буквально видел, как волна искажений почти настигла меня, но в последний момент будто растеклась по невидимому щиту.

Едва буйство силы улеглось, я оттолкнулся ногами, выстреливая себя вперёд — прямо на врага. В плече резануло болью, но я уже не обращал внимания. Сблизившись с командиром, я ушёл от взмаха жезлом и нанёс пару колющих ударов. Затем, увернувшись вновь, срубил ему руку и рассёк колено. Противник рухнул, как подрубленное дерево. Короткий колющий удар в горло завершил его жизнь.

Смерть командира стала переломным моментом, но бой ещё не был окончен. С третьего этажа продолжал доноситься нескончаемый грохот стрельбы. Карлики оттуда так и не пришли на помощь своим, а значит, спрятавшиеся там гражданские успешно держали оборону.

«Надо быстрее помочь им, — мелькнуло у меня в голове. — Кто бы там ни находился, они здорово выручили нас».

Я ощутил, как расход энергии на наитие вновь растет. Как бы это ни было странно, поддержание навыка вне схватки «на холостых» требовало больше энергии.

Пришлось снижать глубину погружения. Тут же рассеялось чутье врагов, но где находились двое оставшихся, я помнил.

«Чего они там засели? — задался я вопросом. — Думают, я не замечу?»

Я подхватил лежащего рядом с уродливым трупом Братца и осторожно зашёл сбоку. Взгляд тут же зацепился за тот самый артефакт.