— Ударишь ледяной стрелой когда отвлекутся на меня, — бросил я. — В остальном действуй по ситуации.

Судя по описанию, ледяная стрела обладала меньшей убойной силой, но куда большей скоростью. Реализовать её Михайлову будет нетрудно.

Забрав у него расходник фаербола, я выскользнул из коридора. Двигаясь перебежками и полагаясь на невидимость плаща, я ждал удобного момента. Наконец, оказавшись в десяти метрах у колонны, понял, что испытывать судьбу дальше нельзя. Я нацелил и применил расходник.

Пламенная сфера появилась словно из ниоткуда и ударила в группу карликов. Тут же яркая вспышка вместе с языками пламени накрыли всех. Кто-то закричал от нестерпимого пламени и жара, кто-то успел спрятаться. Не успели они прийти в себя как обрушилась тень с изогнутым словно серп клинком.

Схватка за артефакт началась.

Глава 20

От бешеного расхода ментальной энергии затылок будто заледенел. Вместе с тем меня накрыло ощущение небывалой силы и лёгкости, а время словно замедлилось.

В сознании раздался громкий рык Хищника, пробуждая жажду крови и желание отнимать жизнь. Благо опыта хватало, чтобы не позволить себе полностью утонуть в этом разрушительном чувстве.

В лицо ударила волна сухого жара. Пламя, вызванное взрывом фаербола, начало стихать, открывая взгляду обгоревших полуросликов. Вопреки моим надеждам, дела у них были не так уж плохи. Кто-то получил ожоги, другие катались по полу, сбивая с себя огонь, но погибших не оказалось.

Один из карликов, несмотря на ожоги, уже пришел в себя и сейчас явно пытался найти источник угрозы. Он смотрел в мою сторону, когда в спину ему ударила сфера голубой энергии.

Несчастного в один миг проморозило насквозь. Излишки ледяной стихии разлетелись во все стороны светящимся маревом. Их захлестнули остатки энергии и жар от фаербола. Смешавшись, это все вспухло облаком густого пара, тут же заполнившего помещение.

«Михайлов молодец, — промелькнула отстранённая мысль. — Сориентировался как надо».

Этого в плане не было, но густой туман, накрывший всё помещение, оказался мне только на руку. Я ворвался в клубящуюся пелену подобно тени. Хмарь ограничивала видимость, но зрение сейчас было лишним. Я полностью погрузился в ощущения, даруемые Кровавым наитием.

Серая дымка расцвела подсвеченными контурами — силуэты карликов вспыхнули на фоне мрака. Наитие подсказало мне их слабые места и уязвимости.

Я скользнул к едва различимой фигуре. Лицо врага было изуродовано ожогами, он слепо водил руками в поисках цели. Один точный удар в шею — и тело обмякло, рухнув в небытие.

Темп моего движения даже не замедлился. Я ушёл в скользящий шаг, пропуская мимо себя размашистый удар клинка, что разорвал туман. Ответный выпад пришёлся точно в бок. Несмотря на угол атаки, лезвие серповидной формы ушло глубоко в грудь, нанося смертельные повреждения. Раздался сдавленный вопль боли — ещё одна жертва.

Хищник в сознании торжествующе взвыл, словно сам пролил кровь. В этот момент я вдруг ощутил, что навык пожирает меньше энергии. Казалось, его заряжали чужие жизни!

«Ускоримся!» — воодушевлённо произнёс я.

С этого мгновения бой превратился в кровавую баню. Перемещаясь без остановки, я за секунды прикончил троих карликов, сильнее всего пострадавших от огня.

Неожиданно взвыло чутье на опасность. Я рухнул на пол, пропуская над собой метательное оружие. Не меняя положения, раскрутил Братца и метнул его в какого-то глазастого уродца. Череп прочертил призрачную дугу и исчез в тумане, чтобы мгновением позже настичь цель.

За полминуты я перебил всех, кто после ожогов не успел выбраться из густой пелены пара. Живыми оставались лишь те, кто успел разбежаться.