А парень не промах. Его ответ содержал намёк, что хоть я служу Патунга, но всё равно я — не они.

— Тогда, быть может, ты думаешь, что мой отряд достоин того, чтобы в нём состояла славная целительница из рода Ронгоа, но не достоин того, чтобы в него вошёл потомок резчиков по дереву?

— Нет, что ты, светлый господин, — ужаснулся парень. — Я и не знал, что Ронгоа…

— Только лучшие отряды небесных воинов могут позволить себе целителей рода Ронгоа! — изумлённо воскликнула девушка.

Я продолжил атаку:

— Или ты считаешь, что отпрыск рода Сарит, настолько славного своими деяниями, что в честь них назвали топоры, совершил глупость, став членом моего отряда?

— Нет, господин. Ни в коем разе.

Упорство парня пошатнулось. Нужно ещё немного, чтобы доломать его.

— Раз вы считаете, что мой отряд, полный воинов из славных родов, недостаточно славный для вас, то я отзываю своё предложение. Время нашей беседы вышло, пойду и я.

Я начал медленно разворачиваться.

— Подожди, светлый господин — сказала девушка.

Я остановился и посмотрел через плечо, как делали некоторые оскорблённые дивианцы. Это как бы показывало, что собеседники недостойны того, чтобы снова развернуться к ним лицом.

Девушка схватила парня за руки:

— Милый, умоляю тебя. Мы же мечтали об этом с детства!

Парень мучительно высвободил руки:

— Тебе легко воплощать мечту о Пути Воина, когда у тебя наследованное боевое озарение. Но у меня только «Отталкивание Вещества» и «Перенос Образа».

— Чепуха, — взревел я. — У меня целительское наследованное озарение, что не мешает мне побеждать в поединках с прирождёнными воинами.

— Вот видишь, — пылко сказал девушка, — можно стать воином и с дурацкими озарениями!

— Ну, спасибо, — буркнул я.

Теперь парень решительно схватил девушку за ладони:

— Я готов выбрать другой Путь. Но при одном условии.

— Каком? — осторожно спросила девушка.

— Ты вступишь в отряд сего славного молодого воина вместе со мной. Мы отправимся по этому Пути вдвоём. Как мы и хотели с детских лет.

— Но я же выбрала Поау.

— Но они не выбрали тебя, — вставил я.

Парень привёл победный довод:

— Ты же сама слышала, что в отряде сего молодого славного воина служат Ронгоа и Сарит! А у Поау нет никого славного, кроме самих Поау.

— Верно, верно, — закивала девушка. — Но мои родители…

— Ага, — прервал парень. — То есть можно пойти наперекор желаниям моих родителей, но нельзя перечить твоим?

— Ты не так всё понял.

— Я готов пойти против воли родителей. Иди и ты.

Девушка склонила голову, тряхнула чёрными короткими волосами и согласилась:

— Пойду.

— Пойдём! — радостно подтвердил парень.

— Слава Дивии, — воздел я руки к небу. — Идите же!

Новобранцы по очереди произнесли пафосную речь, пересыпанную до изуверства витиеватыми метафорами, необходимую для вступление в отряд. Я почти всплакнул, вспомнив, как давным-давно нёс такую же белиберду Мадже.

Я наконец-то узнал их имена.

Стриженную под горшок девушку звали Алитча Тиро.

Тиро были не родом, а вымирающей семьёй военных. Уже несколько поколений они подчинялись роду Поау, поэтому Алитча обязана попасть в их отряд. Теперь, вероятно, её выбор вызовет трения между её семьёй и сюзереном. Подчинённые семьи необходимы славным родам именно для того, чтобы всегда иметь под рукой «скамейку запасных». Для того, чтобы создавать в отрядах некую безмолвную массовку, на фоне которой подвиги и таланты родовитых отпрысков будут сиять ярче.