— Я не могу заниматься бизнесом, когда дом полон полиции! — рычал он. — И никто не захочет зайти ко мне, пока она лежит в доме. Я хочу, чтобы вы ушли. Немедленно!

Досин сложил на груди руки, всем своим видом демонстрируя усталое терпение. Минами, отскочив в сторону, испепелял взглядом ёрики Оту, который оттолкнул его от двери.

— Я теряю деньги, — пыхтел Минами. — Я требую, чтобы вы собрали своих людей и ушли, а я наведу порядок и начну работать!

— Замолчите, или я арестую вас, — сказал ему Ота, приветствуя Сано небрежным кивком. — А вот и вы! Проходите. Я провожу вас к Пеон.

Они вошли в дом. Другой досин с помощниками расположился в освещенной лампами приемной. Они курили и лениво переговаривались. В темных коридорах перепуганные слуги жались к стенам, когда мимо проходили Сано и Ота.

— Как она умерла? — спросил Сано.

— Самоубийство. Сами увидите.

Ёрики Ота привел Сано наверх, где располагались комнаты проституток — ряд крошечных спален за стенами из бумажных панелей. Откуда-то доносился истерический женский плач.

— Она здесь. — Ота остановился у двери, где на страже стоял еще один досин.

Сано робко отодвинул дверь. Изнутри потянуло противным Металлическим запахом крови и смерти, который словно оседал на его коже и проникал в легкие. Преодолевая тошноту, он шагнул в комнату. Стражник принес лампу и повесил ее на стене. Сано увидел, что кто-то открыл окно, чтобы впустить свежий воздух, но в тесной комнате все равно было душно. Пеон лежала у стены с подогнутыми коленями, ее пропитанная кровью одежда сбилась в ком. Мухи облепили порез с запекшейся кровью, который косо проходил от левой верхней части шеи через все горло. Кровь тонкой струйкой вытекала изо рта, залив длинные волосы Пеон, которые веером рассыпались по татами. В ее затуманенных глазах застыл ужас. Левая рука Пеон сжимала деревянную рукоять ножа, торчавшего в страшной ране.

Сано с сожалением покачал головой.

— Кто ее обнаружил и когда? — спросил он Оту, стоявшего у дверей позади него.

— Одна из служанок. Около полудня, — ответил Ота.

Сано обернулся:

— Никто до тех пор не хватился ее? — Теперь он понял, почему Минами так не терпелось убрать Пеон; тот опасался, что зловоние распространится по всему дому.

Ота пожал плечами:

— Минами говорит, что она, видимо, тайком сбежала прошлой ночью с вечеринки, поднялась сюда и покончила с собой. Случилась заварушка — несколько гостей затеяли драку, и их пришлось выгонять из квартала. Никто не заметил отсутствия Пеон. Ее соседки по комнате развлекали клиентов в гостевых комнатах. Служанки не любили Пеон — она противная девчонка и плохая работница. Поэтому когда Пеон утром не вышла на работу, они не стали искать ее. Потом повар заметил, что с потолка в кладовке капает кровь. Мы ее не трогали, полагая, что вы захотите увидеть все как есть.

Объяснение звучало правдоподобно, однако когда Сано вспомнил, как Пеон обслуживала других проституток, а также встречу в резиденции губернатора Нагаи, у него возникло стойкое ощущение, что здесь что-то не так. Обойдя труп, он прошел к столу. На нем были зеркало, гребень, лампа и лаковый ларец, в котором лежал листок бумаги, испещренный написанными чернилами иероглифами.

— Ее предсмертное письмо, — подал голос Ота, когда Сано взял листок в руки.

Сано заметил, что хотя стол и все, что на нем стояло, было забрызгано засохшей кровью, письмо было совершенно чистым. Оно гласило:

«Я должна умереть, чтобы расплатиться за убийство человека, которого я любила.