|
— Тяжело пошло? — спросила наблюдавшая за ним Мира. — Погоди, сейчас горячего поедим, тебе легче станет… От дымящегося в тарелках жаркого шел упоительный аромат. Тошнота сразу же отступила, и Ардиан почувствовал, что зверски голоден. — Вкусно… — промычал он с набитым ртом. — Очень… — Ешь, — ласково сказала Мира, — ешь, Арди. Пить тебе, наверное, больше не стоит, а поесть нужно. Ты прости, я тебя выгнала, даже не покормила… — Что я, маленький? Я бы и сам мог в городе перекусить. Просто не до того было. Со своей порцией жаркого Хачкай расправился молниеносно. Аккуратно вытер куском лепешки коричневую пряную подливу. — Завтра вернусь в Тирану, — заявил он, отодвигая тарелку. — Не буду больше сидеть у тебя на шее. — А ты уверен, что это разумно, Арди? Ты же говорил, что тебя кто-то разыскивает… — Именно поэтому. Они не смогли меня найти и убили Раши. Теперь могут приняться за родителей. Я не позволю им этого сделать, понимаешь? Прозвучало это довольно жалко, но Мира не улыбнулась. — И что ты собираешься сделать? У тебя есть пистолет, но ты маленький мальчик… ладно, ладно, не мальчик, но ведь еще и не мужчина, верно? Как думаешь кто из вас был круче — ты или Раши? — Раши, — угрюмо проговорил Хачкай. Девушка кивнула. — Вот видишь. А его убили. Почему ты думаешь, что они не смогут убить тебя? «Потому что у меня есть защитник», — хотел ответить Ардиан, но вовремя прикусил язык. Откровения Черной Фатимы вряд ли произведут впечатление на Миру. — Не знаю. Но если я не попытаюсь отомстить, как мне потом жить дальше? В этом не будет смысла, понимаешь? Раши был моим братом, он защищал меня, он учил меня, помогал мне… а теперь, когда его убили из-за меня, я должен это оставить просто так? Он почувствовал, что вот-вот сорвется на крик, и замолчал. Мира бросила на него короткий внимательный взгляд и закурила еще одну сигарету. — Я не говорю, что ты должен оставить все как есть. Но представь себе, что ты не сумеешь отомстить. Кому от этого станет лучше? Только твоим врагам, ведь так? — И что ты предлагаешь? Сидеть, забившись в щель, и ждать, пока все забудется? Мира покачала головой. — Я не знаю. Ты же ничего мне не рассказал, как я могу посоветовать тебе, что делать, если не знаю даже, от кого ты прячешься? Все, в чем я хочу тебя убедить, — не совершать опрометчивых поступков, понимаешь? Сейчас ты не способен соображать как следует, ты весь на нервах, взвинчен как пружина… Я не в упрек тебе это говорю, просто в таком состоянии не принимают важных решений. Ложись спать, а утром, если хочешь, мы еще об этом поговорим. Увидишь — завтра многое будет выглядеть совсем по-другому… — Не хочу я спать, — возразил Ардиан. — Лучше здесь посижу, на кухне. Он покосился на бутылку, в которой еще плескалось на два пальца темно-коричневой жидкости, но Мира перехватила его взгляд и убрала виски в шкафчик. — Не стоит, Арди. Тебе кажется, что выпивка дарит облегчение, но на самом деле это все обман. К тому же ты легко можешь привыкнуть к алкоголю, а в твоем возрасте это опасно. Знаешь, если уж тебе так хочется чем-то отвлечься… Ты когда-нибудь видел фата-моргану? Хачкай молча помотал головой. |
