|
Ар-диану уже приходилось бывать там год назад, когда босс разбирался с бойцом, подозревавшимся в работе на Хашима Тачи. Хачкая он в тот раз взял с собой в воспитательных целях — продемонстрировать, что бывает с предателями. После посещения подвала Ардиану месяц снились кошмары, что, учитывая его вовсе не хрупкую психику, многое говорило о зрелище, которое он там увидел. Спускаться вниз не хотелось, но он понимал, что сердить Скандербега пока не стоит. На середине лестницы великан неожиданно опустил свою титановую руку на плечо Ардиана и сильно его сжал. Сердце Хачкая пропустило несколько тактов. — Смотри, не обмочись раньше времени, — мрачно сострил Скандербег. — Я покуда не решил еще, что с тобой делать. Если будешь вести себя разумно, я оставлю тебе жизнь. «А я тебе — нет», — неожиданно зло подумал Ардиан и тут же оборвал себя. Никогда нельзя злиться на того, кого хочешь убить, — это делает тебя слабым, а слабый всегда проигрывает. Подвал виллы Скандербега был просторен. Здесь располагались кладовые, забитые стратегическими запасами продовольствия, украденного с армейских складов еще во времена одной из первых гражданских войн, а также длинное, вытянутое, как пенал, помещение, которое охранники использовали как тир. Именно здесь и происходили расправы над предателями. В той части тира, откуда обычно велась стрельба, стояли стулья — явно собранные с бору по сосенке — и массивный письменный стол на тяжелых и толстых тумбах. На столе лежал предмет, более всего напоминавший автомобильный аккумулятор, — небольшой, но даже с виду казавшийся очень тяжелым. Он был черный, блестящий и вроде бы полупрозрачный, словно глыба темного хрусталя. «Ящик Пандоры», — понял Ардиан. Отец сидел рядом на стуле, тихий и незаметный, и набирал что-то на маленьком плоском лэптопе. Когда Скандербег с Ардианом вошли в тир, он даже не поднял головы — так захватили его расчеты. — Как продвигается работа, Ибрагим? — неожиданно мягко спросил Скандербег. Отец вздрогнул и выпрямился. Глаза у него были совершенно безумные. — Сможешь запустить его через два часа? Твой сын согласился нам помочь. — Ардиан? — беспомощно переспросил отец. — Здесь? Он близоруко прищурился, потом помотал головой, словно пытаясь отогнать навязчивое видение. Ардиан шагнул было к нему, но Скандербег опустил ему на плечо свою металлическую ладонь. — Как видишь, старина. И он нам здесь очень пригодится. Голос босса по-прежнему оставался мягким, почти ласковым, но Ибрагим Хачкай побледнел от страха. Скандербег выждал паузу и довольно рассмеялся. — Нет, Ибрагим, я не собираюсь испытывать «ящик» на нем. Во всяком случае, пока. — Он подошел к столу и аккуратно погладил черный предмет левой, живой рукой. — Я хочу, чтобы твой сын с помощью вот этой штуки разобрался с одним человеком. Ему ведь это не внове, ты знаешь. А мы заодно посмотрим, как она действует. «Вот, значит, что он задумал, — сказал себе Ардиан. — Хочет снова использовать меня для убийства… но почему? Боится, что „ящик“ может прихлопнуть и того, кто нажимает кнопку? Как сказал Луис, все, кто находился тогда рядом с „ящиком“, погибли мгновенно. Но если доктор прав и „ящик“ может работать в разных режимах?» — Разумно ли это? — слабо воспротивился Ибрагим Хачкай. |
