— Рей, насчет жира… — преградила мне путь тетка, которая заправляла варкой и как-то сама собой выбилась в негласные начальники производства. Честно говоря не ожидал, что она так рано сюда придет. Остальных пока не видно, а она уже во всю драит ведра и котелки, чтобы к началу смены всё было готово.

Но я на нее даже не посмотрел и как полоумный рванул мимо, к горке камней и кирпичей. Всё потом! Снял верхние камни, отложил в сторону, и на свет наконец показались обе вчерашние заготовки.

Что ж, долгожданная проверка коленом. Взял пакет с продольными волокнами, уперся, надавил посильнее и в целом остался доволен, похрустывает, если жать со всей дури, но держится. А вот поперек совсем другая песня, треснул почти сразу. Толщины тут меньше сантиметра, и всё же я надеялся на чуть более выраженную прочность. Хотя этой пластинке такое простительно, волокна на подобные изломы держать и не должны, а смола у нас пусть и волшебная, но предел есть у всего.

Зато пакет крест-накрест выдержал экзекуцию с достоинством, причем как вдоль, так и поперек. Потрещал, попружинил, а колено после него разболелось, зато ломаться отказался наотрез. Перекрестная укладка победила, как и должна была, но эксперимент для того и ставился, чтобы перебрать варианты, а не угадать с первого раза. Для рельсов я, скорее всего, остановлюсь на промежуточной схеме, фанеру именно так и делают, несколько слоев вдоль, один поперечный, потом снова вдоль. Рельса узкая и длинная, поперек ей ломаться негде.

Сидел на корточках, вертел пластинки в руках и понимал, что радость радостью, а технологию доводить и доводить. Смолы вчера ушло безбожно много, лил на глазок и не жалел, прогрев вышел неровным, ближний к углям край пропекся и смола вспенилась, дальний едва схватился, и кромки у обоих пакетов слоятся, поддень ногтем и отходит лепесток.

Значит, нужна нормальная пресс-плита вместо камней и внятная дозировка смолы хотя бы мерным черпачком. А еще предстоит сесть и посчитать, сколько луковиц уходит на метр рельса, иначе я до самой рощи буду возить смолу бочками и плакать над расходом.

Ну и самое неприятное — скорость. Вчерашняя схема, где я промазывал слои смолой прямо при сборке годится для образцов, а вот для производства нет. Каждый слой честнее пропитывать отдельно, окунул ленты в бочку с разогретой живицей и дал стечь лишнему, а пакет собирать уже из пропитанного.

Сам пресс придется греть, чтобы смола внутри оставалась текучей, пока не уляжется по порам, а дальше начинается засада, остужать конструкцию можно только под тем же прессом. Выпусти рельс горячим, и он распушится обратно, слои вспомнят свободу, и толку от такого материала ноль, разве что на растопку. Получается, пресс занят от закладки до полного остывания, а это часы, и по самой доброй прикидке выходит два рельса в день, что звучит откровенно грустно. Оценка тут трезвая, материал добудем, производства нет, а между этими двумя точками обычно лежат дни и недели матерной работы.

Можно, конечно, зажимать горячий пакет струбцинами и утаскивать остывать под навес, освобождая пресс под следующую закладку, только струбцин у меня нет, и Дагна их не за день скует. А можно менять сам состав, и мысль об этом появилась в ту минуту, когда я мельком глянул в сторону пруда.

Там мужики с утра пораньше издевались над волосянкой. Закидывали рыбу на нити и играли в перетяни рыбешку, побеждала каждый раз волосянка, но мужиков это только радовало, брали следующую рыбину и с интересом смотрели, как зверушка будет ее ловить.

Так вот, возвращаясь к интересной мысли. А что, если в бочку смолы капнуть волосяночного клея? Ну а что, взять тот же каучук, сам по себе липкая унылая масса, но добавь щепотку серы и прогрей, и он на глазах превращается в упругую резину, которой уже никакая жара не страшна.