Начал с меда, его в любом случае надо убрать до варки. С ведра плотно набитых сот по моим прикидкам должно выйти литров пять-шесть, всё-таки я в основном выбирал куски воска, а мед здесь скорее продукт побочный. Собственно, по итогу прикидка подтвердилась почти в точности, из моего ведра нацедилось литра четыре, из двух других по паре кружек остатков, и в сумме вышло четыре с небольшим. Разлил по бутылкам, заткнул горлышки деревянными пробками и убрал в тень от греха подальше, такой продукт на солнце оставлять жалко.

Дальше настала очередь воска, и пока вода в большом котле закипала, вырезал из подходящей деревяшки черпак с длинной ручкой, а заодно накрошил соты прямо в кипяток, руками и топориком, куски поменьше отдают мед охотнее.

Теория, которую я расписывал себе еще до похода, начала сбываться на глазах. При ста градусах этот воск не плавится и даже не думает, до его ста сорока пяти воде не добраться, зато он размягчается, отпускает мед в воду и расползается рыхлой крошкой, которая всплывает наверх грязноватой шапкой. Собирал ее черпаком, отжимал о борт и складывал в чистое ведро, а котел с медовой водой оставил остывать в сторонке, у этой воды уже есть хозяин.

Работа неспешная, руки заняты, а голова тем временем свободна, красота да и только. Краем глаза заметил, что очередная группа из заблудших солдат огибает меня по широкой дуге, причем дугу они заложили такую, что чуть в реку не сошли. Один что-то шепнул второму, до меня долетело только «колдун» и «пацаненок какой-то неправильный». Ну, неправильный так неправильный, зато к формочкам с советами больше не лезут, светящиеся соты работают лучше любого забора.

Вторая переплавка пошла уже в малом котелке, без воды и на сильном жару. Крошка сперва лежала неподвижно, потом поплыла, куски начали оседать и сливаться в общее зеркало, а грязь ушла пеной, которую я исправно снимал. Перелил расплав в плошку, подождал, и на дне застыл плотный желтоватый кусок, причем довольно приятно тяжелый получился, думал даже меньше будет. Тем более, что процедуру пришлось повторить пару раз, всё в мелкий котелок сразу не влезло.

[Анализ материала…]

[Анализ завершен]

[Объект: воск Особых пчел (очищенный)]

[Проводимость Основы: отсутствует. Полный изолятор]

[Вместимость Основы: отсутствует]

Всё сходится, системные строчки слово в слово повторили те, что я читал у улья и термическая обработка никак не повлияла на результат. Так-то ожидаемо, но крутились неприятные мыслишки, мало ли что пойдет не так. Нет, очистка изолятору не повредила, а это значит, что вся затея с кабелем переходит из разряда фантазий в разряд производственных задач.

Дальше пошли прикидки, куда без них. Чистого воска набралось четыре с половиной литра, и с этой цифры начинается простая геометрия. Волосяная нить тонкая, основной объем съедает сама оболочка, и если класть слой в миллиметр, на метр кабеля уйдет грубо пять кубиков воска. Получается, с литра выходит метров двести провода, а со всего запаса даже под тысячу, но скорее меньше.

Мда… Ладно, допустим, можно утоньшить слой вдвое, и тогда цифра уходит далеко за километр, но тут уже вопрос надежности, тонкую изоляцию легче продавить и протереть.

А самое вкусное начинается со жгутов, ведь если скрутить несколько нитей вместе и обмакивать разом, воска на весь пучок уйдет едва ли больше, чем на одну жилу, оболочка-то общая. Четырехжильный кабель по расходу почти догоняет одножильный, и вот на этом фокусе экономится половина запаса. До Кальвы, конечно, не дотянемся, но кинуть пару кабелей в деревню и дотянуть до участка хватит, если не разбрасываться добром, а дальше пусть пчелы стараются.

— Пу пуру пуп у пуп у…

Эдвин образовался рядом словно из-под земли, с самым непринужденным видом, будто просто мимо проходил. Мимо, ага, через тоннель, мимо навеса и прямиком к моим котлам.