Мужики бродили по поляне, то и дело находили картину еще краше и уже откровенно посмеивались, так что Кейн махнул на них рукой и отправился к корзине, проверять, как пожитки пережили падение с высоты Больдова роста. Он присел над разворошенным мешком, замер и медленно повернулся. У Больда в кулаке как раз белела знакомая тряпица.

— Рей… — прищурился охотник. — А где мой сверток?

— В смысле «Рей»? — возмутился я. — Почему вопрос сразу ко мне?

— Ну мы же оба понимаем, что тут без вариантов.

— А, ну да, есть такое, — отпираться бессмысленно, Больд был занят, а остальные убегали, причем у Кейна на глазах. — Понимаешь, ситуация сложилась критическая, решение пришлось принимать вынужденное, так что…

— Там был кекс, — с расстановкой проговорил Кейн. — Я его сам испек. Мед у Вельта выкупил, недешево, чтоб ты знал, я ему теперь пять раз баню затопить должен. Перед выходом весь вечер у печи простоял. От самой деревни его берег, по кусочку отщипывал…

— Вкусный… — мечтательно подтвердил Больд.

Кейн несколько секунд смотрел на него, потом смерил взглядом скалу, явно прикидывая, не разбушеваться ли теперь самому, и я на всякий случай приметил, где сидит пчела посвежее.

— Ты вот лучше скажи, — осторожно начал я, — если бы у тебя меда было больше, ты был бы счастлив?

— Если бы у меня было больше меда, я бы… — Кейн осекся и поднял глаза к дырявой скале. — А, ну да, точно же. Ну и иди тогда, добывай.

— Вот и пойду, — усмехнулся я.

Идти и правда надо, вопрос только один, лезть ли в костюм. Вещь знатная, мы с Вельтом вложили в нее целый вечер и часть души, но пчелы вон и без всякой брони сидят на мне смирно, значит, прав был Эдвин, метка работает сама по себе, независимо от защиты. Так что нет, в мешок не полезу, я его в прошлый раз так пропотел, что пчелы, чего доброго, сами из улья разбегутся.

Мужики к этому моменту разбрелись по поляне, которой здесь раньше не водилось, но Больд нагулял, и потянулись поднимать с земли трофеи. Один уже примеривался голыми руками к осиному жалу, и пришлось рявкнуть, чтобы туши голыми руками не лапали, добро это ядовитое и нужно деревне целым.

А вот сгрузить велел всё до последней лапки, бросать такой ресурс в лесу преступно. Жала с ядом поедут Эдвину, старик за подобный гостинец простит нам что угодно, можно хоть на ромашку наступить и даже не разозлится. Хитин с восковой пропиткой, по которому моя Основа стекла даже не поздоровавшись — это вообще стратегический материал, а не сувенир. Ос, что сохранились относительно целыми, оттащили к телегам и накрыли рогожей.

— И жоп не касаться! — напутствовал я носильщиков, и те закивали понимающе, наглядное пособие как раз мычало с телеги.

Кейн тем временем занимался лагерем, и по его распоряжениям было видно, что выводы сделаны. Вставать у самой скалы он запретил и увел стоянку шагов на триста в сторону, за гряду валунов, туда же откатили телеги.

Часовых на ночь он назначил вдвое больше обычного, разбил по парам и каждой лично ткнул пальцем, куда смотреть, а на вопрос, чего ждать, ответил коротко, вернутся, тогда и узнаете. Двое умников тут же заспорили, кому достанется пост у телег, поближе к ванне, за которой, по их разумению, ночевать спокойнее, но Кейн спор послушал, выдал обоим наряд на дрова и пообещал, что следующий такой стратег будет сторожить ос персонально. Куда ушел рой, он, к слову, отследил и без моих подсказок, кивнул на северо-восток и надолго о чем-то задумался.

— Ну а вы устраивайтесь, собирайте хозяйство, — подытожил я, поудобнее устроив пчел на плечах. — Я тогда пошел вон туда.