— …курва! — прорвался крик Димки, и я вдруг сообразил, что вокруг орут все. Димка лупил топором по башке второго крокодила, Раде рубил его лапы, а Юджин пытался, сопя, пролезть между ними с томогавком, и его яростно отпихивали свободными локтями. Крокодил не выдержал оголтелого насилия — обиженно съехал в воду. В том, что эти зверюги действовали молча, была такая чуждость, что пробирало холодком.

— Только бы не опрокинули, — процедил Олег Крыгин, всё ещё сжимая топор.

— Куда ты лезешь под руку?! — заорал Димка на Юджина. Тот рявкнул в ответ:

— Я помочь хотел!.. Чёрт, как в фильме ужасов…

— Хорошо, что они не умеют подныривать, — заметил Игорь. — Я читал, что не умеют… вроде.

— Утешительно, — буркнула Танюшка. — А пасть у них, по-моему, уязвима, — она взвела аркебузу.

— Ещё в глаз можно, — сказала Зорка. — Я попаду.

Я вспомнил её советницу и подумал, что и правда может попасть. Потом пришла посторонняя в данной ситуации, но странная мысль, интересная: Зорка и Танюшка никогда не общались прямо друг с другом и даже не садились рядом. Это не очень бросалось в глаза, потому что людей вокруг было, в общем-то, много. И в то же время эти две девчонки были немного похожи. Если мыслить категориями киношных сравнений, то Зорка напоминала мне девчонку-гайдука из болгарского фильма «Козий рог» — не внешне, а характером. А Танюшка… Танюшке больше подходила героиня какого-нибудь фильма 50-60-х годов. Такая решительная, целеустремлённая, преданная любимому человеку и общему делу.

— Сволочи, надоели уже! — Сергей ахнул веслом крокодила, высунувшего рыло из воды, и тот ушёл на глубину, на прощанье так врезав Сергея хвостом по ногам, что, если бы не реакция того, остался бы мой друг со сломанными голенями. А так дело ограничилось тем, что ему рассекло кожу на правой ноге под подвёрнутой штаниной. — Ублюдок! — крикнул вслед крокодилу Сергей, прыгая на одной ноге.

Зорка выстрелила. Крокодил взбил воду в пену, погружаясь.

— Попала, — сообщила Зорка. Проверить это было нельзя, но крокодил больше не появлялся. Остальные резко изменили направление движения — и клином ушли на середину реки. Словно команду получили.

Я выбил из барабана стреляные гильзы и, дозарядив наган, убрал оружие в кобуру. Вздохнул:

— Ну и слава богу…

…Причаливать пришлось на полкилометра в стороне от того места, на которое мы рассчитывали. Из прибрежных зарослей вышли несколько платибелодонов, воткнулись в ил и с урчанием начали перемалывать какие-то корневища, которые с хлюпаньем извлекали тут же из дна. Они были вдвое длинней плота и в отличие от крокодилов не проявляли стремления вообще ни к какому контакту.

Там, где мы высадились, грязи было по пояс.

— Кувшинки как в той заводи, в Испании, помнишь? — Танюшка поддела ногой воду, брызнула на середину спокойной протоки, в прозрачной толще которой колыхались в такт течению водоросли.

— Конечно, помню, — я стоял по колено в неожиданно тёплой воде, уперев руки в бока. — Вот и кончается наша шестая весна здесь, Тань… Сегодня, по-моему, первое мая. Во всяком случае, май или уже идёт или скоро начнётся.