— Твои яйца останутся целы, — сообщил я, выдёргивая метательный нож из его уха. Но больше никаких движений делать не стал, так и встретив делегацию сидящим на камне.

— Это ты Ольга? — спросил плечистый блондин. Он единственный из четверых уже виденных мною пиратов выглядел бойцом, а не озабоченным придурком, и я ощутил толчок злости при мысли, что Андрея застрелили эти кретины.

— Нет, — ядовито ответил я, — это он Ольга, — я пристукнул ногой по вздрогнувшей спине. — Мы с ним поменялись ориентацией, пока вы добирались сюда… Что сказал Гонсалес?

— Ольга — это ты? — повторил блондин. Над плечами у него виднелись рукояти двух сабель.

— Я, — кивнул я. Блондин неожиданно улыбнулся:

— А ты ничего. Я бы с тобой покувыркался всерьёз, но боюсь за свои уши.

— Это правильно, — одобрил я, вставая.

— Гонсалес хочет говорить с тобой.

— Это я хочу говорить с ним, — уточнил я, — а он решает, соглашаться или нет. Так мы идём на ваш летающий пузырь — или он придёт сюда?

— Пошли, — кивнул блондин. И бросил своим спутникам: — Подберите этого…

…С баллоном было сложнее, чем я думал. Корзина величиной с с четыре составленных попарно «икаруса» была закрыта сверху, и на какой-то миг я вновь поддался восхищению. Гондолу делали руки мастера. Пол пружинил под ногами, мы шли по узкому коридору, влево и вправо уходили дверные проёмы с занавесками. Я не мог определить, сколько же тут человек, но, когда мы поднялись в люк в полу, успел заметить, что в хвостовой части — там примерно четверть длины отгорожена — что-то шипит и посвистывает. Похоже, там нагревали воздух или делали что-то ещё для поддержания в воздухе этой плетёнки.

В носу тоже была отделена примерно четверть, и возле красивой, с вышивкой, занавеси, стоял парень с винтовкой. Я отметил это сразу и про себя выругался. Мы как раз подошли, и часовой сказал:

— Сдай оружие.

После чего получил коленом в пах, и я, перехватив его, согнувшегося, за волосы, сообщил:

— Я сама — оружие, дурак.

Потом пихнул его мимо хладнокровно посторонившегося блондина и вошёл в носовую каюту, откинув занавесь…

…Гонсалес устроился со всей доступной здесь роскошью. Даже диваны тут были — тоже плетёные. На одном из них — напротив входа — он и устроился, раскинув ноги по спинке. Это был смуглый кудрявый парень моих лет с большими чёрными глазами, сейчас, впрочем, слегка затуманенными, потому что тоненькая светловолосая девочка, совершенно голая, стоя на коленях между его широко расставленных ног, сосала у Гонсалеса. На её шее был затянут широкий кожаный ошейник. Меня замутило. Почему эти ублюдки так похожи в своих пристрастиях — держать рабов, насиловать, унижать и наслаждаться этим?! Откуда это в таких обычных на вид ребятах?!

— Соси медленней, — Гонсалес ударил девчонку по затылку. — Так это ты Ольга? — он окинул меня похотливым взглядом. — Зачем ты меня искала? Ты симпатичная, но крупновата и темноволосая, а я люблю е…ть блондинок.

— Мне плевать на твои сексуальные пристрастия, — пояснил я. — И я не собираюсь тебя обслуживать. Я пришла сюда затем, Гонсалес, чтобы предсказать тебе твою судьбу.

— Ты колдунья? — смешно, но в его глазах промелькнула опаска. Я пожал плечами:

— Нет.