— Ну что, начнем? — Я не сомневался, что мне удалось вывести его из равновесия, и был намерен продолжать в том же духе. — У меня нет больше времени на ерунду. — Порывисто поднявшись, я одним махом смел со стола тарелки прямо ему на колени. От грохота все разом обернулись и посмотрели в нашу сторону, а Богардус, выругавшись, вскочил на ноги, но я тут же с силой задвинул стол, припирая его. Левой рукой я ухватил его за горло и шарахнул головой о стену. — И ты еще рассуждаешь об убийстве! Ты, жалкий придурок! Да я тебя…

Богардус явно не ожидал, что дело примет такой оборот. В мгновение ока он оказался зажатым между стеной и тяжелым столом, а моя левая рука, хватка которой была поистине железной, надежно удерживала его у стены. Правой рукой я достал нож и поднес острие ему под нос.

— Представляю, как бы было здорово поковырять у тебя в носу вот этой штучкой. Засунуть ее туда дюйма этак на четыре… — сказал я. — Да только руки о такую падаль пачкать неохота.

Рядом толпились завсегдатаи, привлеченные необычным зрелищем. Зрителей собралось много.

— Его наняли, чтобы он убил меня, — пояснил я, обращаясь к присутствующим, — но не думаю, что ему это удастся. Я собираюсь выпустить его, потому что, в конце концов, деньги он взял и должен их отработать.

— Прикончи его, — сказал кто-то в толпе, — и дело в шляпе. Я его знаю, второй раз он так не попадется.

— У него есть шанс убежать или же сражаться, — сказал я и поддел его ноздрю кончиком ножа. Пошла кровь, липкая струйка которой медленно поползла вниз, стекая по губам и по подбородку. После этого я отступил назад, убирая нож обратно в ножны.

Рейф Богардус одним ударом оттолкнул стол. Нетрудно было догадаться, что этот человек наделен недюжинной силой. Он был на удивление спокоен.

— Ну ладно, порезвился и хватит. Сейчас я тебя прикончу.

— Я же говорил, — произнес все тот же голос, — кончать его нужно было. Второго такого шанса не будет.

Мужчины расступились перед нами, отходя назад вместе со своими подружками. Светильники горели красноватым пламенем, в помещении царил полумрак. Небольшая комната была до отказа набита людьми. В застоявшемся, спертом воздухе держался стойкий запах пота и грязного, давно не мытого тела. Пахло также перегаром и табачным дымом.

Богардус выхватил шпагу. Он был совершенно спокоен, и если прежде я позволил себе некоторым образом усомниться в его возможностях, то теперь я не был столь опрометчив. Мой противник держался с уверенностью, не сомневаясь в скорой победе.

Он сбросил камзол, я последовал его примеру. С меньшей уверенностью вынул из ножен свой клинок. Первое и единственное в моей жизни сражение, на которое я вышел со шпагой в руке, состоялось всего несколько дней назад и длилось не так долго. О моем отце говорили, что на шпагах ему не было равных, да и остальные наши люди считались опытными воинами. У меня были хорошие учителя, но безупречно ли было их мастерство?

Разве мне было с кем их сравнить?

На ум пришла мрачная мысль, что в ближайшие несколько минут я все узнаю.

Противник отдал мне честь.

— Все, Сэкетт, сейчас ты умрешь!

Богардус сделал резкий выпад, но я парировал удар. По-моему, это его удивило. Возможно, он рассчитывал, что ему сразу же удастся со мной покончить.

Теперь он стал осторожнее, сообразив, что по крайней мере некоторый навык у меня имеется. Он начал фехтовать, наступая на меня, вынуждая меня отходить назад, испытывая меня. Я благоразумно проявлял неуклюжесть, а может, и в самом деле был неловок? Мне необходимо приберечь все свое умение на потом, пока же я должен лишь отражать его атаки и дожидаться своего шанса.

Он был силен.