|
Женщины заверещали и полезли под столы, мужчины отважно прижались к стенам. Альк неторопливо — куда спешить-то, целых три мига в запасе! — протянул левую руку и сдернул с крючка полотенце. За один конец, позволив второму упасть в ведро с обмылками. И, подпустив Сиву поближе, резко, наотмашь хлестнул набрякшей тряпкой по правой сабле. Круто остановленная на скаку, она ушла влево, заодно ломая удар второму клинку. Сива коротко матюгнулся, пытаясь снова замахнуться и войти в ритм, но не успел. Альк ударил еще раз, на сей раз пониже, захлестнув крестовину, и дернул. Сабля выпорхнула из кулака, кувыркнулась под потолком и упала за стойку. Оттуда послышался истошный визг служанки — к счастью, не боли, а ужаса. Саврянин крутанул полотенце, протянув его по полу, с утра посыпанному свежим песочком, и сразу же — махнул-щелкнул по Сиве. Мужик вскинул освободившуюся руку, думая принять удар на нее, но Альк вовсе не собирался бить его по лбу. Конец тряпки на ладонь не долетел до лица, а вот песок — очень даже. — А-а-а, сволочь! — Держать саблю, одновременно пытаясь протереть запорошенные глаза, было очень неудобно. Саврянин любезно пришел Сиве на помощь, просто вынув клинок из его руки (зрители скабрезно захохотали) и отбросив к первому. Служанка снова пискнула, больше для приличия. Полотенце взвилось в последний раз и обмоталось вокруг шеи забияки. Рывок — и Сива, закрутившись волчком, слетел по ступенькам, сделал еще несколько пьяных шагов и ничком рухнул в лужу. Грязь расплескалась по обоим заборам. Альк спокойно спустился с крыльца, припечатал вяло барахтающееся тело ногой и громко поинтересовался: — Сколько с него? — За девять раз, три стула, шесть чашек, тридцать две тарелки и выпивку — семнадцать сребров и три медьки! — сверившись с записями, торжествующе возвестил кормилец из окошка. Саврянин наклонился, охлопал Сивины карманы и вытащил кошель. Поверженный драчун заскулил от унижения, пытаясь грязными руками протереть все еще зудящие глаза. Раздался глухой звон пересыпаемых монет. Потом перед носом Сивы упал кошель, развязанный и ополовиненный. — Заходите еще, — издевательски пригласил новый вышибала «Стрелолиста», убирая ногу. — Кры-ы-ыса… — только и сумел простонать буян. — В точку. Альк вернулся к крыльцу и аккуратно приладил грязное, мятое полотенце на место. Вызывающе поглядел на посетителей. Те живо расползлись по местам, усиленно делая вид, что ничего особенного не произошло. — Неплохо, — снизошел до похвалы подошедший за деньгами кормилец. — И это… повязку-то нацепи. Чтоб гости сразу видели: тут не шалят. * * * Когда Альк вернулся домой, Рыска с Жаром уже места себе не находили от беспокойства. — Где ты шлялся, придурок?! — с порога заорал на него вор. — Мыться ходил, — съязвил саврянин, швыряя на лавку трофейные сабли, чем вверг девушку в еще большую панику. — Где ты их взял?! — Подарили… — Голова у Алька действительно была чистая, концы волос еще мокрые — на обратной дороге саврянин спустился к речке и спокойно, без очереди вымылся в чистой прохладной воде. Там же бросил краденые штаны и переоделся в новую одежду, взятую у кормильца частью в счет сегодняшней работы, частью в долг. — Ну вот, — трагично воскликнул Жар, обращаясь к Рыске, — мне ты воровать запрещаешь, а этот тип средь бела дня кого-то раздел! — Уже ночь, — лениво уточнил белокосый мерзавец и дунул на лучину. |
