|
Темно, но блеск отблесков костра на стали длинного клинка у парня получилось заметить. И придало сил дополнительных. Бонус от испуга. Даже не вспомнив, что арбалет полоцкий страшно тугой, Касьян одним рывком зарядил его, заправил тетиву шёлковую в прорезь.
Конокрад почти бежал к парню. При этом Коська осознал, что мужик-то здоровущий. Не два метра, конечно, не Валуев, но Емельяненко точно. Бычок такой. Даже тулуп не скрывал габаритов. И этот Бычок на полной скорости рвался к Коське через разделяющие их двадцать метров.
Парень поднял арбалет и зашарил рукой по саням, куда только что поставил открытый тубус со стрелами. А тот от прикосновения взял и завалился. Калькулятор к голове Касьяна сообщил ему, что при имеющейся у конокрада скорости, он приблизится на расстояние вытянутой руки за полторы секунды, а чтобы поднять колчан и вытащить из него стрелу, а потом ещё и положить её в прорези на ложе, ну, и на скобу нажать, уйдёт секунды три. И Коська понял что делать нужно, он схватил тубус и упал на спину. Рука здоровяка с кинжалом в руке просвистела над самой головой пацана. Теперь калькулятор сообщил, что всё пропало, сейчас этот гад наклонится над Касьяном и, как бабочку экзотическую, например Павлиноглазку Атлас (лат. Attacus atlas) пришпилит его к земле.
А нет… ошибся калькулятор, не учёл инерцию. Замах-то у Емельяненко этого, которого могли и Фёдором обозвать при крещении, был на рубль, и скорость приличная, потому он вынужден ещё пару шагов был сделать. Ну и запнулся о лежащего Коську. Парень в это время как раз начал вертеться вокруг своей оси, вытянув руки с арбалетом и тубусом за голову. Конокрад споткнулся, попытался перешагнуть через парня, но тот вращался же и подсёк коленом опорную ногу противника. Воровайка кхекнул и плечом врезался в снег, туда, где секунду назад был парень.
Коська же ещё пару раз кувыркнулся и встал на колени. Хуже всего было удержать арбалет так, чтобы не задеть за что-нибудь пусковой скобой, не разрядить арбалет. Глянув на тетиву, парень убедился, что самострел заряжен, и, поставив колчан на землю, вынул из него стрелу, сразу положив в углубление на ложе.
Конокрад тоже уже успел встать на колени и потянул к Коське руки, пытаясь схватить того и задушить, кинжал, надо понимать, он при падении выронил. Ну, такому шею парню свернуть или придушить, раз плюнуть. Помешала стрела, выпущенная из арбалета, она вошла в горло конокрада, прямо в кадык, и тать захрипел и стал кровью булькать. Руки ещё секунды тянулись к отпрянувшему Коське, а потом схватились за стрелу торчащую из горла. Вырвать хотел. Касьян чуть быстрее оказался, он опять свалился на землю спиной, но не кувыркаться принялся, а ногой, носком сапога со всей силы пнул в лицо бандиту. Кхек.
Бульк. И подранок бандитский рухнул на плечо и задёргался, пытаясь дотянуться до стрелы. А потом вновь захрипел и стал подыматься на колени. Стрела при этом уже была в правой руке. Ну, так себе оружие. Парень при этом тоже не сидел на попе ровно. В санях же лежал подарочный арбалет. К нему Коська, пнув товарища этого большого, и кинулся. Пришлось огибать лежащего тогда ещё конокрада, но успел. Подхватив тубус со стрелами с земли, парень отскочил в три прыжка от бандита и к тому времени, как последний встал на колени со стрелой окровавленной в руке, Коська уже зарядил арбалет и направил его в лицо амбалу.
Вжик. Тренькнула тетива, и стрела вошла бандиту в щеку, пробила там всё, что можно, вынесла зуб какой премоляр, например, и вонзилась в мозг, прекратив страдания раненого. Конокрад перестал хрипеть и булькать и рухнул спиной на окровавленный снег. Опасно оно — ночное ремесло.
Событие сорок седьмое
Радоваться победе слегка рано было. Там ведь есть ещё где-то второй конокрад. Коська огляделся по сторонам. Кони их и Ворон, и Орлик второй стояли смирно на том же месте, что и те тридцать секунд назад, ну, может даже минуту, а вот тёмной фигуры между ними не было. |