– Не знаю, что в нем, но доски нам наверняка пригодятся.

Вдвоем они подтащили ящик к самому берегу. Едва добравшись до пляжа, Джулия упала на песок, зачерпнула его в ладонь и стала пересыпать из руки в руку, смеясь как ребенок.

– А я уже опасалась, что больше никогда не увижу землю! – воскликнула она. – Дерек, мы живы! Я знала, что мы спасемся!

Дерек не слушал ее восторженный лепет: он обыскивал прибрежные заросли в поисках съедобных растений.

– Поживиться здесь почти нечем, – заключил он, – но на листьях осталась пресная вода. Если придется, будем жевать кору. Надо собрать сухие ветки, чтобы зажечь костер, если мы заметим корабль.

Джулия пристально оглядела его нагое тело – образец горделивой мужской красоты, излучающей силу. Подхватив Джулию на руки легко, как пустую раковину, Дерек закружил ее в воздухе, весело смеясь и громко благодаря судьбу за спасение.

Отсмеявшись, он остановился, поставил ее на песок и крепко обнял. Их обнаженные тела соприкасались, соски Джулии терлись о жесткие волоски на широкой груди Дерека.

Руки Дерека заскользили вниз по ее спине, сжали упругие ягодицы, притиснули Джулию ближе. Слегка приподняв ее над землей, он направил свое копье между ног Джулии, в укромное местечко, которое уже давно рассылало обжигающее тепло по всему телу.

Дерек бережно опустил ее на песок и накрыл собой. Их губы слились, Джулия раздвинула ноги и приподнялась, встречая удары Дерека, проникающего в нежные бархатистые глубины ее лона.

– Как долго я мечтал об этом… – пробормотал он, касаясь ее губ, проводя по ним языком, дотрагиваясь до языка Джулии и одновременно погружая в нее свое орудие. – Ты несравненна, Джулия. Такой женщины, как ты, больше не найти. Твое тело словно мед, я готов впитывать эту сладость каждой клеточкой…

Она охотно принимала его ласки, удивляясь тому, как ее хрупкое тело выдерживает столь внушительную тяжесть. Неужели Дерек и впрямь находит ее такой желанной и притягательной?! Любая женщина стала бы воском в его объятиях, но пока Дерек принадлежал ей, Джулии, – принадлежал всецело, и она хотела, чтобы этот час никогда не кончался, хотела вечно лежать на песке и слушать ровный и неумолчный шум прибоя…

Возбуждение неуклонно и быстро нарастало в глубинах ее тела, и Дерек чувствовал это, вонзаясь в нее все резче. Джулия приоткрыла рот в крике экстаза. Дерек передвинулся, подставляя ее губам плечо.

– Не сдерживайся, Джулия, – попросил он. – Дай насладиться тобой…

Она впилась губами в упругую плоть, кусая ее все сильнее с каждой волной страсти, проходящей по телу, а потом и он издал ликующий крик, безжалостно погружаясь в нее, вдавливая ее в шероховатый песок и наполняя своим соком.

Когда все было кончено, они еще долго не могли разжать объятия. Чудесное ощущение близости было слишком ошеломляющим и необъяснимым.

Наконец Дерек перекатился на бок, не отпуская Джулию. Почти касаясь губами ее губ, он пробормотал:

– Люби меня, Джулия. Люби вечно. Больше я никуда тебя не отпущу…

С этими словами он вновь проник в нее в приливе сладкой страсти, и Джулия лишь мельком удивилась тому, что он требовал от нее вечной любви, но сам не давал ей никаких клятв… он брал, а не отдавал, и несмотря на все упоение минуты, сердце Джулии переполнилось печалью.

Глава 19

Время будто остановилось. Мир Дерека и Джулии состоял из песка, моря, звезд и солнца… и радости в объятиях друг друга. Казалось, жизнь не имеет ни начала, ни конца – она заключалась только в блаженстве нескончаемой страсти.