Какое-то время она не могла говорить. Наконец она высморкалась и повернулась к нему.

– Я в отчаянии, – сказала она. – Мы пробовали так много разных курсов лечения, но ее потребность в диализе продолжает расти. А медицинские препараты, которые она сейчас принимает, только усугубляют и усугубляют ее болезнь. Ты сам видел. Ты знаешь, через что она проходит. И ты, и я знаем, чем это все закончится. Может, она проживет еще полгода, может, год. Это все, о чем я могу думать. Как это несправедливо. Чем она заслужила это? Когда я ее потеряю? Как я это переживу?

Он потянулся через стол и взял ее руку. Он не первый раз прикасался к ней, но это был первый раз, когда она почувствовала не только дружбу в этом прикосновении.

– Жаннин, – сказал он. – В данный момент, в эти выходные, чем занимается Софи?

Она пожала плечами.

– Я не понимаю, что ты имеешь в виду, – сказала она озадаченно. – Я ведь сказала тебе, что она с Джо.

– И ты сказала, что он, вероятно, пойдет с ней в кино, а потом посмотреть на рождественские огни. Сегодня она жива. Сегодня она хорошо проводит время со своим папой. А когда ты фокусируешь свое внимание на том, что случится в будущем, ты теряешь настоящее – и для себя, и для Софи. Если в твоей жизни будет только беспокойство о будущем, ты никогда не сможешь получать удовольствие от того, что возможно сейчас.

Она откинулась на спинку стула, правда его слов окатила ее. Последние три года ею управляло беспокойство. Она не могла припомнить ни одного мгновения, когда она получала бы удовольствие от чего-либо, не чувствуя при этом горьковатый привкус осознания того, что она, по всей вероятности, скоро потеряет свою дочь. Не первый раз она уже слышала совет жить сегодняшним днем, но впервые в жизни она почувствовала, как при этой мысли у нее улучшается настроение.

– Живи каждым днем, – сказал Лукас.

– Ты так делаешь?

– Конечно, я стараюсь жить так, – сказал он. – Иногда это получается лучше, иногда хуже.

– У тебя что-то произошло, и поэтому ты начал так жить? – спросила она. – Я хочу сказать, если люди не переживают какого-нибудь несчастья, как они приходят к этому выводу?

– Некоторым счастливчикам удается прийти к этому без страданий, я полагаю. Хотя да, я пережил несчастье.

Он замолчал, глядя на ее руки, а не на ее лицо, и, несмотря на то что ей хотелось знать больше, она не стала лезть ему в душу.

Вместо этого она почувствовала, что не может сдержать улыбку. Софи была жива сейчас, как сказал Лукас, и этот день был полон драгоценных моментов. Не важно, что принесет завтра, у Софи все еще было сегодня.

– Я чувствую себя гораздо лучше, – сказала она, удивившись, что такая простая мысль могла так глубоко ее затронуть.

Он опять посмотрел ей в глаза, не говоря ничего, все еще держа ее за руку. Утренний свет начинал проникать в комнату и, казалось, полностью сосредоточился в его полупрозрачных серых глазах. На его губах остались частицы сахарной пудры с пончика. Не думая, она встала, перегнулась через угол стола и поцеловала его.

Он улыбнулся ей:

– Что это ты делаешь?

– Живу данным моментом, – сказала она с улыбкой на губах. – Получаю удовольствие от сегодняшнего дня и все такое.

Он встал и притянул ее в свои объятия для следующего поцелуя, и она почувствовала вкус сахара на его губах, вкус кофе на его языке. Она подумала о всех тех разах, когда представляла, как занимается с ним любовью. Не колеблясь ни секунды, она взяла его за руку и отвела в свою спальню.

Кровать была не застлана, стеганое ватное одеяло свалено в кучу на простыне. Она стянула с себя свитер, затем с него, а он ожидал заинтригованно, что она будет делать дальше.