А затем… Иллидан почувствовал самого повелителя демонов. Он ощутил лишь мимолетное присутствие Саргераса, но и этого было более чем достаточно – ночного эльфа охватило острое желание сбежать от взгляда повелителя демонов в далекие миры. Та мощь воли Саргераса, которую Иллидану уже довелось испытать на себе, была, как он с опозданием понял, лишь мельчайшей частицей его истинных возможностей. Здесь, в месте, где находилось физическое воплощение повелителя Легиона, никакой щит не мог заслонить мысли брата Малфуриона от главного демона.

И если Саргерас узнает, что задумал Иллидан, то смерть жителей Зин-Азшари покажется колдуну приятной и мирной кончиной…

– Тебя что-то беспокоит, чародей? – проскрежетал голос Варо’тена.

Иллидан подавил дрожь в теле, когда его разум возвратился обратно.

– Это так… всепоглощающе… – честно прошептал он. – Просто потрясающе!

Даже капитан не стал спорить с ним.

Маннорот побрел вверх по склону, его четыре похожие на столбы ноги оставляли вмятины в и без того сильно пострадавшей земле. Чудовищные глаза демона горели таким фанатичным блеском, какого Иллидан никогда прежде не видел ни у одного из захватчиков Калимдора. Хотя воды Источника обрушились прямо на него, ужасное создание оказалось совершенно сухим. Такова была истинная суть Источника: хотя его содержимое и напоминало жидкость, сам он являлся чем-то гораздо большим.

– Скоро… – почти проворковал Маннорот. – Скоро наш повелитель войдет в Калимдор! Скоро он явится…

– И превратит Калимдор в рай! – выдохнула сидящая на носилках Азшара. – В рай!

Глаза командира демонов загорелись предвкушением – предвкушением и… чем-то еще, что привлекло внимание Иллидана.

– Да… Калимдор будет переделан.

– Как скоро? – требовательно спросила королева. Ее рот приоткрылся, а дыхание сбилось. – Очень скоро?

– Да… очень скоро… – ответил Маннорот. Он прошел мимо Азшары, направляясь обратно во дворец. – Очень скоро…

– Как чудесно! – эльфийка захлопала в ладоши. Леди Вайш и остальные служанки тут же подхватили ее ликование.

– Значит, здесь наша работа окончена! – прорычал капитан Варо’тен, который, казалось, разрывался между желанием увидеть Саргераса и ревностью к любому существу, способному украсть у него благосклонность королевы. – Назад, во дворец! – скомандовал офицер солдатам и воинам-демонам. – Во дворец!

Высокорожденные и сатиры в подобных указаниях не нуждались – большинство из них уже следовало за Манноротом. Отстал только Иллидан. Его мысли метались между тем, что, как казалось чародею, он прочитал в словах и выражении лица командира демонов, и тем, что смог увидеть в измерении Саргераса. Брат Малфуриона оглянулся на ревущий водоворот, которым теперь стал Источник Вечности… и, обернувшись, впервые почувствовал, что его невероятная уверенность в себе слегка пошатнулась.

Тиранда чувствовала, что происходит нечто очень важное, но что именно, она из своей камеры сказать не могла. Элуна все еще даровала жрице некоторую защиту от похитителей, но не более. Тиранда ничего не знала о том, что творилось во внешнем мире. Насколько она знала, ее народ был разгромлен, и Пылающий Легион беспрепятственно шагал по Калимдору, сровняв с землей то, что некогда было прекрасной страной.

От двери ее камеры убрали стражу – коварный капитан Варо’тен посчитал, что не стоит впустую тратить силы на пленницу, которая скоро отправится в небытие. Тиранда едва ли могла винить его за такое решение; она уже ясно дала понять, что не представляет угрозы для дворца.