Доктор Дэвидофф шел между охранниками, за ними Маргарет и Рассел. Они разговаривали с мамой Тори, которая не обмолвилась ни словом с дочерью, с тех пор как мы приехали.

— Мы решили, что это лучшее место для них, — объяснила Маргарет. — Они должны находиться под контролем и надзором, который мы просто не можем им обеспечить.

— Ваше сострадание и внимание просто поражает, — ответила Диана Энрайт. — А куда вы хотите, чтобы мы внесли плату за их возвращение?

Я почувствовала сталь в тоне Маргарет, когда она ответила:

— У нас есть номер счета.

— Мы не уйдем, пока не получим подтверждения по депозиту, — вмешался Рассел. — И если вы думаете не платить нам…

— Уверена, вы приняли меры предосторожности, — сухо откликнулась миссис Энрайт. — Оставили письмо, которое нужно открыть в случае вашего внезапного исчезновения, где на нас написан весь компромат?

— Нет, — отозвалась Маргарет. — Просто кое-кто ждет нашего звонка. Коллега на прямой линией с кабал-кланом Наст, готовый огласить все детали вашей операции. Уверена, мистеру Сен-Клу это не понравится.

Доктор Дэвидофф лишь усмехнулся.

— Угрожать кабалу с помощью кабала? Умно. Но в этом нет необходимости, — из голоса исчезло веселье. — Что бы ни интересовало мистера Сен-Клу в нашей организации, мы остаемся независимыми, а значит не работаем под эгидой кабала. Вы заключили с нами сделку: хорошие деньги в обмен на наших подопытных и расформирование вашей маленькой группы повстанцев. Вы заслужили плату и получите ее без предательства или угрозы насилия.

Он оглянулся на них.

— Однако, учитывая, что в конечном счете это деньги мистера Сен-Клу, я дам вам один совет: как только покинете безопасность наших стенах, бегите как можно быстрее и как можно дальше.

Когда мама Тори увела Маргарет и Рассела, я спросила о Саймоне. Мне было ненавистно, что доктор Дэвидофф с удовлетворением услышал дрожь в моем голосе, но я должна была знать.

— Я везу тебя прямо к нему, Хлоя, — ответил он снисходительным поддельно-веселым тоном, который я знала слишком хорошо. «Посмотрите, как хорошо мы к вам обращаемся, — означал этот тон. — И как вы к нам отнеслись. Мы лишь хотим помочь». Мои ногти впились в ручки инвалидной коляски.

Доктор Дэвидофф вышел вперед и открыл дверь. Мы поднялись по пандусу и оказались в обзорной комнате с видом на операционную. Я увидела блестящий стол, лотки со сверкающими металлическими инструментами и крепче стиснула кресло.

В комнате находилась женщина, но сбоку от окна, так что я смогла увидеть только тонкую руку в лабораторном халате.

Дверь в операционную открылась, и вошла седая женщина. Это была Сью, медсестра, которую я видела раньше. Она толкала каталку. На ней лежал связанный Саймон.

— Нет! — отчаянно дернулась я.

Доктор Дэвидофф усмехнулся.

— Даже не хочу знать, что ты думаешь о происходящем, Хлоя. Мы привезли Саймона, чтобы подключить его к капельнице. Как диабетик он будет страдать от обезвоживания после рвотных спазмов. Мы не хотим рисковать, пока седативное вещество действует на его желудок.

Я ничего не ответила, только посмотрела на Саймона. Мое сердце глухо билось.

— Это мера предосторожности, Хлоя. И то, на что ты смотришь, просто наш медицинский кабинет. Да, он оборудован для проведения операций, но только потому, что это многоцелевая комната. — Он наклонился и прошептал: — Если приглядишься, то я уверен, увидишь пыль на инструментах.