— Я вызову стекольщика и маляра, — вызвалась миссис Луэллен-Джонс.

— Отлично. Распорядитесь, пожалуйста, чтобы в комнату моей жены сейчас же принесли ванну и горячую воду — и то же самое мне, — приказал он, беря Эзме за руку и выводя ее из кухни.

У подножия лестницы Куинн заметил, что у Эзме темные круги под глазами, и вообще она была очень бледной. Она шагнула на первую ступеньку и вдруг пошатнулась. Он тут же подхватил ее на руки.

— Ничего не говорите, все равно не отпущу, — шепотом предупредил он, поднимаясь по ступенькам.

Эзме и не собиралась протестовать. Устало вздохнув, она положила голову ему на плечо.

— Вы точно не пострадали? — спросил он тихо и озабоченно. — Иногда вначале кажется, что все в порядке, а потом…

— Нет-нет, я просто устала.

Куинн отнес Эзме в спальню и захлопнул за собой дверь. То, что он должен был ей сказать, предназначалось только для ее ушей.

— Эзме, мне так жаль, что меня не было рядом! — сказал он, чувствуя себя последним подлецом. — Если бы с вами что-то случилось…

Она доверчиво положила руку ему на плечо. Наверное, так же она утешает своего брата… Его кольнула острая тоска. Ему не суждены любовь и преданность женщины вроде Эзме…

— Все хорошо, — тихо ответила она. — Серьезного ущерба нет. Пожар был очень маленький, и дом пострадал незначительно. К счастью, когда начался пожар, миссис Луэллен-Джонс уже была на ногах. Она увидела дым, разбудила слуг, и пожар потушили. — Неожиданно Эзме покраснела. — Извините, я забыла, что должна изображать дурочку…

Почему она чувствует себя виноватой? Это он должен был быть здесь и защищать ее, а не болтаться без дела в очередном клубе!

— И прекрасно, что вы вели себя благоразумно — ведь меня не было дома! — Может быть, она расстроилась из-за того, что он при всех поцеловал ее на кухне? Куинн решил, что подумает об этом потом. — По словам Максуини, пожар начался после того, как на солому и ящики из-под вина упала лампа. Как вы думаете, все произошло случайно или кто-то устроил поджог?

Эзме сдвинула красивые брови:

— Я тоже думала о том, что пожар, вполне вероятно, подстроен; злоумышленник мог проникнуть в сад со стороны конюшни, но тогда его сразу обнаружили бы, ведь ему нужно было открыть ворота. Я сразу же вызвала слуг и пересчитала их. Все оказались на месте. Конечно, пламя могло вспыхнуть уже после того, как злоумышленник вошел в дом и поднялся в крыло для прислуги, но до того, как миссис Луэллен-Джонс подняла тревогу.

Эзме подумала обо всем! Куинн не сомневался в том, что она весьма самостоятельная девушка, способна потушить пожар голыми руками и отдавать внятные распоряжения большому штату прислуги.

— Разумеется, поджигатель мог перелезть через стену, — продолжала она. — А если он зажег лампу в саду, конюхи не могли, его видеть… Но зачем кому-то поджигать дом вашего брата? Есть ли у него здесь враги? Или кто-то знает, что мы не те, за кого себя выдаем, пытается запугать нас и прогнать из Эдинбурга?

— Был ли пожар несчастным случаем или нет, я не желаю рисковать вашим благополучием, Эзме, — решительно заявил Куинн. — Завтра же отправлю вас обратно, в Лондон.

Эзме метнула на него беспокойный взгляд; усталость после пожара и всех волнений вмиг прошла.

— Скорее всего, пожар стал несчастным случаем и никто не желает нам зла. Ведь поджигатель мог бы все обставить и понадежнее… Кучка досок и соломы в саду была совсем маленькая; таким пожаром не уничтожишь дом и даже не причинишь серьезного ущерба! — Она расправила плечи и посмотрела на него в упор.