Изменить размер шрифта - +
А я уже без белого халата, все с себя снял и к смене приготовился. На-чпо меня спрашивает:
– Дежурного не видели?
– Нет, – говорю я ему, – не видел, но он где-то здесь шляется.
– Черт знает что, – говорит начпо, – где же он?
– Да здесь где-нибудь ходит, наверное, – говорю ему я, – хотите вместе поищем?
Прошлись мы с ним вместе, поискали по всем помещениям, он впереди, я сзади, – ни одной живой заразы. Я старую вахту отпустил, а новая еще не

подошла.
– Черт знает что, – сказал начпо. И я с ним согласился. Действительно, черт знает что.
– Ну ладно, – сказал начпо и ушел, и тут я смотрю: смена моя не спеша колдубасит.
– Эй, многоножка, – говорю я ей, – семени присосками, а то меня сейчас снимут, и смениться не успею.

Что в службе главное?

Главное – доложить вовремя. Думать при этом совершенно не обязательно. Слова должны сами выстраиваться в одну шеренгу и косить налево, а ты

следишь только, чтоб без запинки и чтоб равнение было в затылочек и по диагонали. Причем мозг от этого дела нужно отключить. Мозг на службе

должен отдыхать.
А есть и интимные случаи.
Каким правилом в этом случае пользуются? Правилом правой руки; ладонь ко лбу – увидел, торцом к уху – услышал, ко рту приложил – доложил.

Чего на службе не надо считать?

Не надо считать, что от твоего появления на этом свете что-то изменится, пагубное влияние какое-нибудь рассеется, разрушится что-нибудь или

что-нибудь образуется, повернется вспять. На первых порах точно, какая-то возня наблюдается, а потом все затянется, разгладится, как круги по

воде.
И потом я заметил, если ты ничего не делаешь или, наоборот, пыхтишь изо всех сил, то вре-менная разница – пять минут.

Мысль насчет дела

Если дело – дело, оно и само сделается, а если не дело, то его и делать нечего.

Что приходится время от времени совершать?

Время от времени приходится что-нибудь доставать. При этом ваше начальство всегда должно быть в курсе возникших сложностей. Помочь оно,

естественно, не может, но оно может отследить ваши героические усилия.
Начальство развращается, если вы все делаете молча, стиснув зубы, оно начинает считать, что все в этом мире легко и просто. Это вредные мысли, и

от них начальство лучше беречь.
И даже если у вас все получилось с ходу, все равно дистанционно доложите, что этого – нет, того – нет, а это вот – на подходе, и обязательно

бодро спросите разрешения ждать до упора, уме-реть, но достать, лечь у двери и не встать, подохнуть, но сделать.
Начальство вам это разрешит. Отдавать за что-нибудь концы у нас принято, И потом, сколь-ко радости на лице у начальника, если под вечер вы все-

таки что-то привезли.

В чем состоит флотское счастье?

Оно в совпадении: склад открыт, складчик на месте, накладные есть, люди есть, машина есть. От такого счастья можно рехнуться.
Но что главное в этом счастье? Главное – машина. И не надо считать, что если в тылу вам выписали машину, то она у вас уже есть. Ее еще получить

надо. Это сначала, по молодости, я бе-гал, искал диспетчера, потом водителя, потом колеса, аккумулятор, потом опять водителя, бензин и пропуск,

а потом, ближе к старости, я приходил, хлопался в гараже на табурет и говорил:
– Вот я, старый больной майор, ну и что? Аккумуляторы-то у вас есть? Машина-то хоть на ходу или как? И шофер имеется? Ты смотри. И бензин залит?

Ну, вы, ребята, даете. Да вам ордена надо раздавать: нигде ничего нет, а у вас – есть!
– Ну да, ордена, – говорят они, – как же, держи в обе руки, – и дают тебе машину.
Быстрый переход
Мы в Instagram