|
– Прости?
– Зачем им врать об этом? Обо всем этом?
У Петровой был ответ. Ей он не нравился, и она знала, что ему он тоже не понравится.
– Чтобы они могли продолжать вербовать колонистов, солдат, врачей и пилотов. Чтобы у них было больше тел для решения проблемы.
– Все это бессмысленно. – Паркер подошел к стеллажу с запасными частями для систем освещения корабля, взялся за лампу, и она ожидала, что он изо всех сил швырнет ее в дальнюю стену. С видимым усилием Паркер отдернул руку и отошел от стеллажа. – Лэнг сказала, что все это неспроста. Почему она не могла объяснить нам, в чем причина?
Петрова пожала плечами.
– Она отвечает за сохранение секретов. Очевидно, есть вещи, которые нам знать не нужно.
– Ты защищаешь ее? Это наши жизни она выбрасывает на ветер! – воскликнул Паркер.
Петрова на миг крепко зажмурила глаза. Неужели она действительно собирается встать на сторону Лэнг?
– Я не защищаю ее. Но я знаю директора Лэнг. Я думаю, что ее мотивы, вероятно… ну… Думаю, «разумные» – подходящее слово. Если есть вещи, о которых она не хочет, чтобы мы знали, то…
– Она говорила со мной, – произнес Чжан.
Петрова посмотрела на него. При его высоком росте он вдруг показался ей очень маленьким. Его голос был едва слышным шепотом.
– Что? – спросила она.
– Мы все видели то сообщение, – сказал Паркер, раздраженно махнув рукой.
– Там было кое-что еще, но оно предназначалось только мне. Она просила меня не делиться с вами, но… но это нечестно.
Паркер насмешливо хмыкнул, однако Петрова присела на корточки рядом с Чжаном и вгляделась в его лицо. Он явно раздумывал, стоит ли рассказывать.
– Продолжайте, – попросила она. – Что она сказала?
– Я думал, что хранить секреты – это разумно, – прокомментировал Паркер из-за ее спины. Она отмахнулась от него, а затем коснулась плеча Чжана, пытаясь успокоить. Доктор стряхнул ее руку.
– Она сказала, что все, что здесь происходит, как-то связано со мной. С тем, что я видел в колонии на Титане.
– Титан? Вы имеете в виду спутник Сатурна? – уточнила Петрова.
Чжан кивнул.
– На Титане нет колонии, – заметил Паркер.
– Уже нет, – поправил Чжан. – Она никогда не была очень большой. Около трехсот человек. Случилась какая-то… ну, вспышка болезни. Вроде того. Все умерли. Все, кроме меня. Я был там врачом. Одним из… врачей. Я не мог их спасти, я…
Он потер глаза, и Петрова поняла, что он плачет. Она вспомнила, что он не любит, когда к нему прикасаются, но не знала, что еще сделать, кроме как сжать его ладонь.
– Это ужасно, – сказала она. – Мне очень жаль.
– Вы хотите сказать, что целая колония вымерла, а Надзор просто засунул ее в дыру памяти? – спросил Паркер. – Звучит слегка безумно, понимаете, док?
– С Раем-1 они поступают точно так же, – заметила Петрова. Паркер ничего не ответил.
Она снова посмотрела на Чжана.
– Я знаю, что это трудно, доктор. Но прошу вас. Не могли бы вы рассказать нам немного больше? Что убило всех на Титане?
Если Лэнг думала, что то же самое было и здесь, на Рае-1, если ее мать умирала там от какой-то чумы…
– У болезни было несколько разных названий. Администратор колонии называл ее Красным Душителем, потому что перед смертью лицо жертвы становилось ярко-красным. Позже, когда моя… моя коллега, второй врач колонии… когда она немного лучше изучила природу возбудителя, она назвала его василиском. |