|
Позже, когда моя… моя коллега, второй врач колонии… когда она немного лучше изучила природу возбудителя, она назвала его василиском. Но мы потерпели неудачу, думая, что это какая-то чума. Болезнь. Но это совсем не так. Ни вируса, ни бактерии, ни грибковой инфекции – ничего подобного.
Он взглянул на Петрову с каким-то отчаянным вопросом в глазах. Она не понимала. Он словно боялся сказать, что это, если не болезнь.
– Так что же это было? – спросил Паркер, стоя у нее за спиной.
– Это был пришелец, – ответил Чжан.
40
– Инопланетянин, – сказал Паркер. – Ого. Один из тех серых с большими черными глазами? Или что-то из фильмов, с большими клыками и мерзкими когтями?
– Ладно, – вмешалась Петрова. – Может, нам нужно взять паузу и решить, о чем мы, собственно, говорим.
– Инопланетяне! – воскликнул Паркер. Он согнул пальцы, изображая когти, и зачерпнул ими воздух. Издал нелепый звук, похожий на булькающий рев, а затем упал обратно на стул, смеясь над собственной шуткой.
– Я знаю, о чем говорю, – настаивал Чжан, его лицо сделалось напряженным и мрачным. Тон Паркера явно ему не нравился.
Петрова перевела дыхание.
– Доктор, – начала она. – Должна признать, что он прав. Вы говорите, что инопланетянин убил целую колонию.
– Кроме меня.
– Кроме вас. Но как такое возможно? Мы исследовали десятки планет. Послали зонды к сотням звезд по всей Галактике. Никто никогда не обнаруживал ничего сложнее безобидных одноклеточных организмов. И ничего представляющего хоть малейшую опасность для жизни человека.
– Я знаю. Но должен же быть первый раз, не так ли?
Она откинулась назад и кивнула.
– Что за инопланетянин? – спросила она.
– Паразит. Экстрасенсорный паразит. Он убил всех людей на Титане какой-то телепатической инфекцией.
Паркер вскочил из-за стола и подошел к двери.
– Так, все, – сказал он. – Петрова, это нас ни к чему не приведет.
Петрова бросила на него неприязненный взгляд, даже если, скорее всего, была согласна с ним. Но что-то в глазах Чжана ей не понравилось. Как будто он понимал, насколько безумно это звучит, но все равно должен был рассказать.
– Как они выглядели, эти инопланетяне? – осведомилась она.
Чжан улыбнулся. Это не была счастливая улыбка.
– Вы когда-нибудь… видели хоть одного из этих пришельцев? – задала очередной вопрос Петрова.
– Нет, – признался он. – Паразит не поддается обнаружению. Более того, что бы это ни было, у него нет физической формы, которую можно увидеть под микроскопом. Но оно реально.
Она нахмурилась. Слишком, чтобы принять на веру.
– А… а Надзор когда-нибудь… В смысле, что они сказали, когда вы им об этом сообщили? Полагаю, вы им сообщили. Последний выживший на Титане. В подобном случае, особенно если они пытались держать все в тайне, Надзор первым бы связался с вами.
– Сначала они оставили меня там умирать. В полном одиночестве на шесть месяцев. Назвали это карантином. Когда я не умер, за мной прислали кого-то.
Петрова снова свела брови.
– Я немного удивлена, что они не…
– Убили меня?
Убийство. Милосердие.
Петрова отмахнулась от воспоминания. Олень на мосту, Актеон за мгновение до того, как директор Лэнг отключила его… Нет. У нее не было времени думать об этом.
Чжан продолжал:
– Я был полезнее живым, потому что мог отвечать на вопросы. |