|
– Дедка, его же хлебом не корми – дай только какую дурь придумать… И вот он – представляете? – дошел до того, что сказал Кресту… прямо в лицо… будто камушки – это хозяйские… ну… экскременты, – чуть ли не с жеманством выговорила она.
– Эх, ни хрена себе! – поражение выдохнул Василий.
– Ну вот… – интимно зашептала Клавка. – А у них же там, в зоне, это позор… Там же за такие слова и убить могут…
– Вот это дедок загнул! – Василий вдруг поперхнулся и заржал в голос. – Это ж какие должны быть хозяева!
– Это ты о чем? – с подозрением осведомился Василий, опуская на пол плетушок с капсулами.
– У вас там что, одними красненькими сегодня зарплату выдали? – Пузырек глядел на авоську и озадаченно чесал в затылке. – Ты уж третий за сегодня…
В змеевиках уютно журчало и побулькивало, перепархивающие по стенам цветные блики время от времени проваливались стайками в черный пролом кладовки, обозначая на миг груду полупрозрачных бурдючков.
– А кто еще? – спросил Василий.
– Да сначала дедок три тюбика менять принес, потом Маша… – Пузырек присел на корточки перед расползшейся по полу авоськой. – Чего-то много у тебя… Камушка три раздолбал?
– Да нет, один, – не без тайной гордости сказал, Василий. – А раньше так было? Чтобы только красненькими?
– …пятнадцать, двадцать… двадцать три. – Пузырек разложил капсулы пятериками, поднял голову и с уважением посмотрел на Василия. – Ну ты прям, как Ромка, долбать начинаешь… Чего ты спросил-то? Раньше?.. Да нет, раньше я что-то такого и не помню даже… Ну, бывало, половину серенькими выдаст… Но чтобы все одним цветом… Тебе какими менять-то?
– Да любыми, только лиловых не надо, ну их! Серенькими давай, можно желтеньких пару.
– Ну и правильно, – одобрил Пузырек. – Лиловые-то теперь – один к двум. Не знал?
– Было ж два к трем…
– Ну, было… – Пузырек недоуменно подвигал бровями, от чего кожа у него на голове тоже заездила вместе с волосами. – А теперь, веришь, почти совсем их не выдают. В чем дело – не знаю…
Пузырек собрал капсулы в пластиковый мешок и поковылял за световоды, где у него располагалась еще одна кладовка.
– Может, дедка спросить? – сказал ему в спину Василий.
Но тот уже скрылся за рощицей пульсирующих светом колонн.
– Спроси… – ворчливо и насмешливо донеслось оттуда. – Дедок, он все знает…
Минуты через полторы Пузырек вернулся и вытряхнул на пол из того же мешка груду салатных капсул и две нежно-лимонные.
– Вот, – сказал он, раскладывая их по порядку. – Семнадцать сереньких, две желтенькие (один к двум) и два тюбика за услуги…
– Это уж как водится, – вздохнул Василий, собирая капсулы в авоську. – А с других тоже за услуги берешь?
– Ну а как же… – уклончиво отозвался Пузырек. – С Маши вот взял…
– А с дедка? Пузырек ухмыльнулся.
– С дедка возьмешь… Еще и сам добавишь, на него глядючи… Ты это… Сделку обмыть не хочешь? За счет заведения, понятно, – добавил он на всякий случай.
Василий было заколебался, но вспомнил расхлюстанного Лешу на завалинке и решительно мотнул головой.
– Спасибо. С утра не пью.
– Это правильно… – с уважением откликнулся Пузырек. |