– Мне нужно позвонить.

Левин заглянул в тарелку Фернандес:

– Э… А вы это есть будете?

Та отрицательно покачала головой и вышла.

– Ну, не пропадать же добру, – улыбнулся Левин и, придвинув к себе тарелку, принялся за ее порцию.

– Что, Том, влип в дерьмо?

– По самые уши, – подтвердил Сандерс, помешивая каппучино. Сам он есть не мог и только смотрел, как Левин уплетал картофельное пюре.

– Я так и понял, – сказал Левин с набитым ртом. – Мне утром звонил Джек Керри из «Алдуса» и сказал, что ты подал на компанию в суд потому, что тебе не хотелось залезть на какую‑то бабу.

– Козел он, твой Керри.

– Хуже, – кивнул Левин, – много хуже. Ну а что ты можешь поделать? После статьи Конни Уэлш все пытаются вычислить, кто же на самом деле этот «мистер Свинтус». – Отправив в рот очередную ложку, Левин спросил: – Вот только откуда она пронюхала об этой истории?

– Может, это ты ей рассказал, Джон, – предположил Сандерс.

– Шутить изволите? – спросил Левин.

– Лента‑то была только у тебя…

– Ну, если ты серьезно, Том… – оскорбился Левин. – Не‑ет, если бы меня спросили, я бы однозначно ответил: рассказать ей могла только женщина.

– А какая женщина об этом знала? Только сама Мередит, но она не говорила.

– Готов спорить на что угодно, что это была баба, – сказал Левин. – Если вообще когда‑нибудь удастся это узнать, в чем я глубоко сомневаюсь. – Он задумчиво пожевал. – А вот рыба‑меч проварена плохо. Надо бы сказать официанту. – Он посмотрел за спину Сандерса: – Ох, Том…

– Что?

– Вон там стоит, переминаясь с ноги на ногу, господин, которого ты должен знать. Посмотри.

Сандерс оглянулся: около бара стоял Боб Гарвин, выжидающе глядя на него. В нескольких шагах от него стоял Фил Блэкберн.

– Прошу прощения, – сказал Сандерс и встал из‑за стола.

* * *

Гарвин пожал Сандерсу руку:

– Рад видеть тебя, Том. Ну как ты, держишься?

– Все нормально, – ответил Сандерс.

– Хорошо, молодец. – Отцовским жестом босс положил руку на плечо Сандерсу. – Рад снова видеть тебя.

– Я тоже очень рад видеть вас, Боб.

– Там в уголке, – предложил Гарвин, – есть тихое местечко. Я распорядился подать туда пару каппучино. Мы сможем пяток минут спокойно поговорить. Хорошо?

– Прекрасно, – согласился Сандерс. Ему был хорошо знаком старый – грубый и несдержанный – Гарвин. А такой осторожный и вежливый Гарвин вызывал настороженность.

Они присели в углу бара. Взгромоздившись на стул, Гарвин повернулся к Сандерсу:

– Ну, Том, смотри – сидим, как в старые добрые времена!

– Да.

– Эти чертовы поездки в Сеул, гнусная жратва и ноющая задница… Помнишь?

– Конечно.

– Да, те еще были деньки, – повторил Гарвин, внимательно следя за Сандерсом. – Мы, Том, отлично знаем друг друга, и я не собираюсь водить тебя за нос. Давай‑ка вывалим карты на стол.