– Вот как?

– Конечно. И он отлично понимал, чего я хочу, но предпочел прикинуться дураком.

– Мисс Джонсон, а приходилось ли вам слышать фразу «Нет» – это только «нет»?

– Конечно, но в той ситуации…

– Простите, мисс Джонсон, так верно, что «нет» – это только «нет»?

– Но не в этом случае, потому что, стоя передо мной на кушетке, он отлично понимал, что я хочу сказать на самом деле.

– Это вы отлично понимали.

Мередит рассвирепела.

– Ему это тоже было ясно! – рявкнула она.

– Ну, мисс Джонсон, когда людям говорят «нет», что это означает?

– Да не знаю я! – раздраженно вскинула руки Мередит. – И не могу понять, к чему вы клоните.

– А клоню я к тому, что мужчины знают, что слова женщины нужно воспринимать буквально и что если она говорит «нет», то не следует это воспринимать, как «почему бы и нет» или тем более как «да».

– Но в этой конкретной ситуации, когда мы были уже раздеты, и все зашло так далеко…

– А какое это может иметь отношение? – спросила Фернандес.

– Бросьте! – воскликнула Мередит. – Когда два человека встречаются, начинают понемногу ласкать друг друга, потом целоваться, потом заходят дальше и дальше… Затем раздеваются, ласкают друг другу разные интимные места и так далее… Скоро вам становится ясным, как пойдут события дальше… Здесь не дают заднего хода. В противном случае это открыто недружественные действия. И Сандерс меня унизил.

– Мисс Джонсон, вы женщина и должны знать, что по закону женщины оставляют за собой право отказаться от проведения полового акта вплоть до момента ввода полового члена во влагалище. Ведь женщина в любой момент может передумать, и закон будет ее защищать.

– Но в данном случае…

– Мисс Джонсон, если у женщин есть такое право, то почему вы считаете, что его не должно быть у мужчин? Что, мистер Сандерс не мог передумать?

– Это был враждебный акт, – повторила Мередит с застывшим, упрямым выражением лица. – Он меня унизил.

– И все‑таки я спрашиваю вас: имеет ли мистер Сандерс те же права, что имеют женщины? Может он передумать?

– Нет!

– Но почему?

– Потому что мужчины совсем другие.

– В каком смысле?

– Ой, ради Христа! – озлобленно выкрикнула Мередит. – О чем мы толкуем? Это еще в «Алисе в Страна Чудес» написано! Мужчины и женщины – разные. Воя это известно. Мужчины не могут управлять своими импульсами…

– А вот мистер Сандерс, по‑видимому, смог…

– Да, но исключительно из желания меня унизить.

– Однако в ту минуту мистер Сандерс произнес следующие слова: «Мне это не нравится». Правильно?

– Я не помню дословно, что он там говорил, но его поведение было направлено на то, чтобы унизить меня как женщину.

– Давайте порассуждаем, – предложила Фернандес, – кто кого хотел унизить. Протестовал ли мистер Сандерс против того направления, какое с самого начала принимала ваша встреча?

– Если серьезно, то – нет.

– А вот я думаю, что да. – Фернандес заглянули свои записи. – Не говорили ли вы мистеру Сандерсу первые минуты вашего свидания: «А ты хорошо выглядишь» и «У тебя всегда был прекрасный твердый петушок»?

– Я не знаю… Может, и говорила.