– И на протяжении этого времени она не была вашим начальником?

– Нет.

– Опишите мне мисс Джонсон. Сколько ей лет?

– Тридцать пять.

– Можно ли сказать, что она привлекательна?

– Да.

– Очень привлекательна?

– Подростком она завоевала титул «Мисс Тинейджер».

– Значит, вы можете сказать, что она очень привлекательна? – Перо снова заскрипело по бумаге.

– Да.

– А как в отношении других мужчин – можете ли вы сказать, что и они находят ее очень привлекательной.

– Да.

– Как вы можете оценить ее поведение в сексуальной смысле? Шутки, намеки, неприличные комментарии?

– Нет, ничего подобного она себе не позволяет.

– Телодвижения? Флирт? Любит ли она прикасаться к мужчинам?

– Вроде нет… Она, конечно, понимает, как она выглядит, и при случае может этим воспользоваться. Но ее манеры… Они скорее прохладны. Ее тип – это Грейс Келли.

– Говорят, что Грейс Келли чрезвычайно активна в сексуальном отношении и заводит интрижки с большинством своих партнеров.

– Я не знал.

– Угу… Что же в отношении мисс Джонсон – заводила ли она романы с сотрудниками фирмы?

– Не знаю. Ничего об этом не слышал.

Фернандес перевернула страничку блокнота.

– Так. И как долго она контролирует вашу работу? Она ведь контролирует ее?

– Да. Сегодня первый день.

В первый раз за все время на лице адвоката промелькнуло удивление. Она взглянула на Сандерса, еще раз откусив от сандвича.

– Первый день?

– Только вчера было объявлено о реорганизации компании, и ее представили как нового руководителя.

– И в тот же день она назначила вам встречу, так?

– Да.

– Понятно. Итак, мы остановились на том, что вы сели на кушетку, и она поцеловала вас. И что дальше?

– Она расстегнула… то есть она начала меня э‑э… щупать.

– За половые органы?

– Да. И целовала меня при этом. – Сандерс почувствовал, что весь взмок, и вытер рукой лоб.

– Я понимаю, что это неприятно, и постараюсь закончить как можно скорее, – понимающе сказала Фернандес. – Дальше?

– А дальше она расстегнула мне брюки и залезла туда рукой.

– Ваш член был обнажен?

– Да.

– Кто его обнажил?

– Она сама его вытащила.

– Итак, она обнажила ваш член и стала хватать его рукой, так? – Она посмотрела на Сандерса сквозь стекла очков, и он в смущении отвел глаза. Но когда он снова взглянул на нее, то увидел, что она нисколько не смутилась, что манера ее поведения более чем клиническая и более чем профессиональная – она абсолютно отстранена от него и очень холодна.

– Да, – подтвердил он, – все так и происходило.

– И как вы на это реагировали?

– Ну, – смущенно пожал он плечами. – Это сработало.

– Вы пришли в сексуальное возбуждение?

– Да.

– Говорили ли вы ей что‑нибудь?

– В смысле?

– Я только спросила, разговаривали ли вы с ней?

– В каком смысле? Я не понимаю.

– Ну говорили вы хоть что‑нибудь?

– Вроде что‑то говорил – не знаю… Я чувствовал себя очень неловко.

– Помните ли вы, что говорили?

– Кажется, я повторял «Мередит», пытаясь ее остановить, но она перебивала меня или целовала.