– А что‑нибудь кроме «Мередит» вы говорили?

– Не помню.

– Как вы относились к тому, что она делала?

– Мне было очень неловко.

– Почему?

– Я боялся с ней связываться, потому что она – мой начальник и потому что я женат и не хочу никаких лишних сложностей в своей жизни. Сами знаете, эти служебные романы…

– А почему бы и нет? – спросила Фернандес.

– Что?! – обалдело переспросил Сандерс.

– Вот именно. – Она смотрела на него холодным, оценивающим взглядом. – В конце концов, вы остались наедине с красивой женщиной. Почему бы и не отвлечься?

– О Боже!..

– Этот вопрос вам могут задать очень многие.

– Я же женат!

– Ну и что? Женатые люди сплошь и рядом заводят романы!

– Ну, – добавил он, – еще и потому, что моя жена – юрист и к тому же очень подозрительна.

– Я ее не могу знать?

– Ее зовут Сюзен Хандлер. Работает в «Лаймен и Кинг».

– Да, я слышала про нее, – кивнула Фернандес. – Итак, вы боялись, что ей все станет известно.

– Ну да! Стоит завести служебный роман – и на работе все будут об этом знать. И нет никакой возможности избежать огласки и пересудов.

– Стало быть, вы беспокоились, что это станет всем известно?

– Да. Но это не главная причина.

– И какова же главная причина?

– Она мой начальник, и мне не нравилось положение, в котором я очутился. Понимаете, она была… Ну, одним словом, она могла уволить меня с работы, если бы захотела. Так что получалось, что я должен был это делать. Очень неприятно.

– Вы ей это говорили?

– Пытался.

– Каким образом?

– Ну, пытался…

– То есть вы хотите сказать, что дали ей понять, что ее знаки внимания вам неприятны?

– В конце концов да…

– Как это?

– Ну, в конце концов, мы продолжали это… ну, прелюдию, что ли… и она, оставшись без трусиков…

– Прошу прощения. Как она осталась без трусиков?

– Я их снял.

– Она вас об этом попросила?

– Нет, но к этому все шло, мне пришлось это сделать, по крайней мере, я думал, что так нужно…

– Вы собирались произвести совокупление? – Ее голос снова стал ледяным. Перо продолжало скрипеть.

– Да.

– Вы являлись добровольным участником.

– В какой‑то момент да.

– До какой степени вы были добровольным участником? – спросила она. – Я хочу знать, касались ли вы по своей инициативе, без ее просьбы, ее тела, груди, половых органов?

– Не знаю… По‑моему, она всем своим поведением просила…

– Я хочу знать, делали ли вы это по своей воле или же на брала вашу руку, например, и помещала себе на…

– Нет. Я делал это сам.

– А как же ваши прежние опасения?

– Ну, я уже очень возбудился и несколько потерял голову.

– Понятно. Продолжайте.

Сандерс вытер лоб рукой.

– Я с вами полностью откровенен.

– Это именно то, что от вас требуется. Это самый правильный путь. Продолжайте, пожалуйста.

– Она легла на кушетку, задрав свою юбку, и хотела, чтобы я вступил с ней в… и она стонала что‑то вроде, ну, знаете, там, «нет, нет», и внезапно я понял, что не хочу этого делать, и сказал: «Нет так нет», – слез с кушетки и стал одеваться.