Как и большинство детей, она с малых лет пыталась представить себе, как выглядит Веретено. Легенды разнились, а исторические описания были слишком туманны. С тех пор, как загоралось последнее Веретено, прошла тысяча лет. Это событие помнили только Древние, а они в последние несколько веков не очень-то стремились к общению. Даже сейчас, думая о Веретене, Эрида воображала что-то вроде столба света с пурпурными прожилками, застывшего в сиянии и окруженного изогнутой аркой, которая вела в другой мир. Она представляла открытый проход. Колонну. Нечто громадное и прекрасное, соответствующее своей уникальной мощи.

Она ошибалась.

В воздухе повисла нить в семь футов высотой, тонкая, как игла. Ее можно было не заметить, если смотреть под неправильным углом. Она переливалась из золотистого в серебряный, дрожа, словно солнечные блики на поверхности спокойной воды.

Таристан завороженно наблюдал. Тонкая нить отражалась в его угольно-черных глазах, рассекая их тьму. Он не стал вытирать меч и просто вложил его в ножны, висевшие на поясе, а потом провел рукой так близко к Веретену, как только осмелился. Оно выгнулось, словно притягиваясь к его коже, так что между ними оставалось расстояние не больше дюйма.

Королева сжала зубы и отступила на шаг назад. Она знала: из Веретена может выйти что угодно, и оно не станет ей подчиняться. Она сглотнула комок, стараясь не выдавать страх.

Но муж Эриды все равно ощутил ее беспокойство. Он отвернулся от Веретена и взглянул ей в лицо. Она почувствовала, как бледнеет.

– Я вас напугал? – проговорил он непривычно мягким голосом. – На вашем месте только дурак не ощутил бы страха, а вы далеко не глупы.

Эрида хотела солгать. Королевы редко могли позволить себе такую роскошь, как признание собственной слабости.

– Я в ужасе, – выдавила она.

Веретено сияло, маня ее к себе. Эриде казалось, что все ее внутренности скрутились в клубок, а каждое нервное окончание звенит, предупреждая ее об опасности. Золотое мерцание сменялось серебряным, но внутри них можно было заметить еще один цвет. Сначала он показался Эриде черным, но, рассмотрев его внимательнее, она опознала в нем самый темный, самый смертоносный из всех оттенков красного. Она ощущала его, словно легкое, но жуткое дыхание. Словно обещание. Эта тоненькая нить за ней наблюдала.

Тот, Кто Ждет.

Она вздернула подбородок.

– И я намерена извлечь из своего ужаса пользу.

– Хорошо. – По лицу Таристана промелькнула тень гордости, и он опустил руку. – Страх нельзя подавлять, его необходимо держать под контролем. Я выучил этот урок давным-давно. Хорошо, что мне не придется преподавать его вам.

– Куда ведет этот проход? – спросила она, снова делая шаг. На этот раз вперед – ее ноги двинулись по собственному желанию, несмотря на то что ее сознание находило все новые и новые причины держаться от Веретена подальше. При одном только взгляде на него по коже Эриды бежали мурашки. – Что из него явится? Еще одна армия?

Она еще раз посмотрела на Веретено, на этот раз с более близкого расстояния. Она надеялась разглядеть хотя бы намек на то, что лежит по ту сторону. Но она не видела ничего; исчезло даже красное присутствие. Веретено шипело, как змея, отпугивающая врагов.

– Дары Того, Кто Ждет, – проговорил Ронин.

Он встал рядом с Таристаном. Наследник Древнего Кора значительно превосходил его ростом, но несмотря на щуплое телосложение Ронин не казался карликом. Веретено наполняло его изнутри, даруя ему силу, которой Эрида не могла дать название. Он толкнул Таристана в бок.

– Возьми то, что тебе предлагают, – призвал его волшебник.

Веретено светилось в глазах Таристана.