То ли покойная ведьма сидела на диете, то ли еще по какой причине, но еды я нашел совсем немного, да и та, что нашлась, была в виде сушеной рыбы, вяленого мяса, высушенных фруктов и сухарей.

— Зато не испортятся быстро, — резюмировал я, засовывая найденное в сумку, которая обнаружилась тут же в небольшом подобие кухни — третьей комнаты, в этой жилой пещере. Все продукты лежали в банках их странного прозрачного материала, которой точно не был стеклом, и плотно закрытые крышками. Каждую из банок я открыл и с помощью нехитрых чар определил, что это можно есть, и оно не отравлено. Не удержавшись, попробовал кусочек рыбы — она была солоноватая, довольно вкусная, но немного странная, словно содержала пряность мне не известную. Пожав плечами, я закинул всю рыбку в рот и, тщательно пережевывая, вышел из пещеры.

Обстановка вокруг снова изменилась, словно слетели очередные чары, держащиеся до смерти ведьмы. Исчезли эти странные блики и черные теплые камни, я очутился в той самой пещере, где тонул в озере совсем недавно, только на другом берегу. Вольф и Конор бестолково бегали на противоположном берегу, и мне было странно, почему они не видели меня раньше, как и тот факт, почему я не видел их. Опять какие-то чары, вот только, если верить Эве, а она пока не ошибалась в своих оценках, покойной дамочке подобные чары были не по плечу. Помотав головой, я вздохнул, эта загадка, похоже, так и останется не разгаданной, но хотя бы озеро будет безопасным теперь. И я пошел к своим спутникам, обходя озеро по берегу. Они наконец-то заметили меня и поспешили навстречу. По их бледным лицам было заметно, что они уже не надеялись увидеть меня живым.

Разговаривать и объясняться не хотелось. Я коротко сообщил, что убил ведьму и что теперь мы можем спокойно пить и двигаться дальше. О том, сколько времени мы потеряли здесь, я старался не думать. Когда мы вышли из пещеры и Конор уверенно указал, куда нам следует двигаться, Вольф, шедший на этот раз первым, внезапно остановился и поднял руку, которую затем приложил ко рту, призывая нас к молчанию. Подойдя ближе и встав чуть сбоку от рыцаря, я прислушался. Сначала ничего не было слышно, но затем я услышал то, что привлекло его внимание — приглушенные голоса, которые раздавались впереди от нас и шли как будто из-за стены. Я на цыпочках подкрался к Конору и прошептал.

— Проходы могут идти параллельно? — он неуверенно пожал плечами, затем к чему-то прислушавшись, кивнул.

— Могут и они там, — взмах рукой вперед, указывающий направление, но не определяющий расстояние, — соединяются небольшим проходом, — он отвечал еще тише, чем я задал вопрос, мне приходилось прислушиваться, чтобы понять его. Неужели, сами того не ведая, мы не сделали крюк, а обошли беглецов и теперь их фора стремительно таяла? Или же их что-то задержало, раз мы сумели их немного обогнать, а наши похождения у озера сумасшедшей ведьмы ясно указывали на то, что мы их обогнали. Теперь не могло быть и речи о возвращении. Полагаю, что по тому коридорчику, что соединял эти два туннеля, мы должны были попасть в тот, по которому вернулись бы в столицу. Но упускать шанс взять эту дрянь и оправить на тот свет еще парочку эльфов я не мог, поэтому, сжав рукоять меча, кивнул Вольфу, молча приказывая двигаться дальше.

Глава 4

Существуют параллельные прямые, которые никак не могут пересечься. Вот это же самое можно сказать и про коридоры, по которым мы двигались параллельно с беглецами из столицы Вигараса. Время от времени до меня долетал голос, вроде бы похожий на голос Олии, но в какие-то моменты я начинал сомневаться, что это именно ее голос, потому что в нем появились обертоны, ранее не свойственные моей ненаглядной.

Судя по ощущениям, шли мы очень долго и, при условии, что не ходим кругами, должны уже были покинуть пределы городских стен.