Это только кажется, что на поезде красотень и быстротень, фигу с маслом. В дороге всякое случается, один раз даже недобитые бизоны попались. Слава богу, что стадо маленькое и не выпендривалось, иначе бедолаг из будущей Красной книги покрошили бы. Где-то на горизонте и дельфи… индейцев видели, конных. Так на горизонте они и остались, а потом за горизонт спрятались. Одна незадача — никаких бандосов на нас не напало, а то бы мы им показали, если бы они нас догнали.

Кстати, посмотрел на великую американскую реку Миссисипи, которая разделяет Штаты на две части. Наша западная половина — горная, а зловредного Востока — гораздо равниннее. Поэтому с нашей стороны куча «территорий», где население, несмотря на большую площадь земель, совсем маленькое. Вот их в полноценные штаты и не принимают.

В итоге добрались до Филадельфии, где мне предстоит выполнить поручение — передать письмо от нашей общины квакеров самым заглавным филадельфийцам. Дело в том, что этот город имеет неофициальное название Квакертаун и основан квакерами. Ясен пень, что здесь квакерская столица мира. Квак…квак…квак…

Послание я передал, конечно, но «на недельку задержаться» отказался, объяснив что еду помогать черногорцам освободиться от турецкого засилья. Причина уважительная, поэтому даже решить вопрос с рейсом на пакетботе помогли.

— Уважаемый мистер Изборски, прошу вас нас навестить, когда с войны вернётесь. Уж очень правильный город внутри города вы создали и правильно работу на своих предприятиях организовали. Хочу вас подробно порасспрашивать об этом.

— Хорошо, уважаемый, я обязательно посещу вас на обратном пути. Тогда можно будет и на недельку задержаться, — улыбаюсь, как всегда, от всей души.

И всё-таки задержаться пришлось, а заодно и мои личные планы сломались напрочь. Демократы и республиканцы договорились как раз, даже сообщили об этом в прессе, но… В общем, всё по порядку. Не знаю, как в реальной Истории, но в нашем варианте начался такой пердимонокль. Республиканцы выводят войска из трёх штатов и в каждом из них (после вывода армии) происходит переголосование. Пока добирались, в Луизиане всё провели и Хейс получил 8 голосов выборщиков, которые потерял Тилден. Вроде всё, как договорились, но никак не уходят войска из Южной Каролины. Мол, погода нелётная, море штормовое, а по земле грязно. Вы переголосуйте за республиканца, а мы уйдём как только распогодится.

— Эндрю, друже, давай-ка собирайся обратно во Фриско, — давит Джордж, — сейчас может пойти что-нибудь не так и снова начнётся гражданская война. Все возбуждены нарушениями и давлением армии. На Балканах мы и без тебя повоюем, а ты здесь нужнее. Иначе янки и до Калифорнии доберутся и тогда всё потеряем, чего достигли за это время.

— Джордж, но что я лично могу? — пытаюсь отвертеться от вроде бы здравого смысла, — один дополнительный карабин погоды не сделает.

— Ты наш флаг и в Северной Калифорнии это все понимают. Даже губернатор к тебе прислушивается. А без знамени придёт крах, никто не рискнёт защищать нажитое. Тем более, что сейчас «проснётся» Клондайк и в Сан-Франциско нужен будет строгий и крепкий духом человек, чтобы всё контролировать.

Партнёр, по большому счёту прав, явно неудачный момент мной выбран для длительного «отпуска». Поэтому, хорошенько пораскладывав спички, я наступил себе на горло и снова надел хомут на шею. Отряд отбыл в Европу без меня, правда остался Джимми, которого обязали присматривать за мной.