— Что именно?

— Трактаты по алхимии. Пара книг, про эликсиры для роста магических уровней. И ещё пара томов, что касаются чужеродных внедрений в магическую природу. Я их видел на полках, но прочесть не успел.

Кондоиди нахмурился.

— Вы подозреваете, что это не просто проклятие?

— Я почти уверен. Впрочем, вы и сами увидите, что я буду вытаскивать. И если я прав, то ваша внучка — не единственная жертва.

Тайный советник резко встал, подошёл к окну и замер, глядя в сад. Его фигура, обычно такая внушительная, сейчас казалась немного согбенной.

— Хорошо, — наконец сказал он, не оборачиваясь. — Вы получите всё, что просите. Но если что-то пойдёт не так…

— Тогда вам останется только выбрать, как именно меня казнить, — закончил я за него, — Думаю, ваш Сорокин со мной сможет справиться.

Кондоиди обернулся. В его глазах мелькнуло что-то, отдалённо напоминающее уважение.

— Надеюсь, до этого не дойдёт, Владимир Васильевич.

— Не поверите, но мне тоже этого хочется.

Он кивнул и позвонил в колокольчик. Через мгновение в дверях появился дворецкий.

— Проводите барона в библиотеку. И передайте распоряжение — отныне ему предоставляется полный доступ ко всем материалам, которые он запросит.

Дворецкий чуть не подался назад от неожиданности, но быстро взял себя в руки.

— Слушаюсь, Ваше Превосходительство.

Я встал, слегка поклонился и направился к выходу.

— Владимир Васильевич, — вдруг окликнул меня Кондоиди.

Я остановился.

— Спасите её. Я знаю, что внучка без магии жизни для себя не представляет.

В его голосе не было приказа, не было угрозы. Только тихая, почти незаметная мольба.

Я не стал ничего отвечать. Просто кивнул и вышел.

Вот и договорились.

Теперь оставалось всего лишь не облажаться.

* * *

Вечер. Зашторенные окна. Одинокая свеча в углу и голенькая девушка на столе. Ну, обнажённая по пояс, если уж быть точным. Она почти утопает в перине и мне остаётся лишь любоваться её спиной и практически совершенной линией плеч и шеи. Не густо. Некоторые бальные платья позволяют открыть примерно такой же вид.

Напротив меня уселась дуэнья, в углу притих целитель, а за дверями ожидают Кондоиди с Окуневым. Последний, узнав, что проклятье в воде станет видимым, буквально взорвался фейерверком прожектов, желая испробовать на нём уксус, соду, соль и святую воду. Я согласился, всего лишь повторно предупредив, чтобы он к проклятью руками не лез. Думаю, пользы от его экспериментов немного окажется, но чем чёрт не шутит. Нам сейчас любое лыко в строку.

Работать буду в «пульсирующем» режиме — тридцать — сорок минут борьбы с проклятием и почти такой же перерыв. Он нужен не мне, а девушке. Долгой операции ей не вынести без вреда для здоровья. Так что будем делать паузы, во время которых своей работой займётся целитель.

— Поехали! — пробормотал я сам про себя и начал с ростков.

Они пока что невелики, Окунев неплохо их обкорнал, но мне нужно показать проклятье в его видимой форме, чтобы мне поверили и начали доверять. С прополкой ростков по времени уложился быстро. Минуты за три. А дальше началась муторная рутина. Каждая ложеножка обладает несколькими присосками. Разглядеть присоски я не могу, поэтому интуитивно тычу щупом с огненным наконечником в места их вероятного нахождения. Шесть минут и первая ложеножка отлипает от Источника. Отрубаю её, проверяю, не оставил ли где огрехов и перехожу к следующей.