Образ Мерси, стоящей рядом с Майком, возник у него перед глазами. Любит ли Майк ее? Конечно, любит! Как он может не любить такую прекрасную женщину, как Мерси? Он видел, как Белинда Миллер глазела на Майка, пытаясь завлечь его так же, как и самого Даниэля, но Майк не обращал на нее внимания. А так как в городке было немного незамужних женщин, то значит, Майк влюблен в кого-то еще. Он был нормальный, здоровый мужчина и, естественно, хотел иметь свою женщину.

Майк был хорошим человеком, но мысли о нем и Мерси заставляли Даниэля искать в нем хоть какие-то недостатки. Мерси нужен более сильный мужчина, чем Майк. Черт побери! Если Мерси прикажет прыгнуть в огонь, он прыгнет, а потом она перестанет его уважать, и ее жизнь станет жалкой.

«Черт возьми, какая несправедливость», – думал Даниэль. Он любил женщину, которая считала его своим братом в течение восемнадцати лет. Он мог бы остаться в Арканзасе с Эми и Рейном Телман и избавил бы себя от всего этого. Теперь Даниэль понимал, как глубоки были чувства Фаруэя Куила к Либерти. Он любил Мерси. Ему хотелось всегда находиться рядом, нежно любить, быть любимым, жить ради нее и их детей.

Сердце Даниэля сжалось. Он сидел на краешке кровати, пока его ноги не занемели и стали холодными, опять лег, перевернулся на живот, уткнулся лицом в подушку и попытался заснуть, чтобы хоть на некоторое время забыть о своих проблемах.

* * *

В отеле Винсенса Элеонора Маккартни лежала в объятиях мужа, потирая пятки своих стройных ног о его ноги.

– Ты спишь?

– Нет, моя девочка. Кто может уснуть, когда его так ласкают и надоедают нежными поцелуями?

– Надоедают, ты сказал? Мужчина, ты еще не знаешь, что такое надоедать. – Она передразнила шотландский акцент Гевина и перекинула ноги через его бедро.

– Нора, девочка, – заворчал муж. – Лучше не искушай медведя, а то он прижмет тебя к кровати.

– Гевин, дорогой, ты же знаешь, что этим меня не испугаешь. Я так счастлива.

– Отчего же тебе не быть счастливой? Я – самый лучший мужчина по эту сторону Аллеганских гор.

– Ты, надутый шотландец? – она счастливо рассмеялась и прильнула к мужу, положив локти ему на грудь. Элеонора осыпала его лицо множеством поцелуев, на что он бурно реагировал.

– Я хочу тебе что-то сказать.

– Говори, пока я в состоянии слушать.

– Теннеси призналась, что положила на Майка глаз, – довольно усмехнулся Гевин, уверенный, что раскрыл ее секрет.

– Она на него, а он на нее, но речь не об этом, умница ты мой.

– Как можно так много думать о Теннеси и Майке? У тебя есть муж, чтобы о нем думать.

– Я не слепая. Он ищет любой повод для встречи, а она вся вспыхивает и лишается речи, когда Майк находится рядом, но я о другом.

– Слушаю, любовь моя.

– Я люблю тебя. Я уже говорила об этом сегодня?

– Да, но можешь повторить еще раз.

– Мы женаты уже десять лет, Гевин. Сейчас я люблю тебя больше, чем тогда, когда вы с Рейном привезли меня в Белле Пойнт, чтобы выдать замуж за Билла Бредфорда.

– Да. Ты более, о чем я мог мечтать.

– Думаю, ты разочарован тем, что у нас нет детей, – кротко проговорила она.

– Так Богу угодно. Здесь некого винить. У меня есть кое-что лучше, прямо здесь.

– Гевин... я думаю у нас будет...

– Ты думаешь.