– Ха! – вырвалось у Берни, – рассказывай нам сказки!

Даниэль так свирепо посмотрел на Берни, что тот отступил назад за мулов. Ему не хотелось иметь никаких дел с этими двумя из Кентукки, но если они не уберутся отсюда, он проломит им головы. Однако, этот поступок вызовет новые разговоры. И главный удар обрушится на Мерси. Он заговорил, обращаясь к Ленни.

– Я оставался на ночь с мисс Куил потому, что она боялась, что вы опять вломитесь в дом. Ей нужно время, чтобы обдумать все услышанное о вашей семье. Все эти годы она считала себя Мерси Куил. – Даниэль старался говорить спокойно и простыми словами, чтобы его поняли. – Мы вместе выросли в этом доме. Куилы были родителями для нас обоих. А теперь обдумайте мои слова вашими тупыми мозгами. Я и дальше буду защищать Мерси. И если мне придется переломать ваши ноги, проломить головы или пристрелить вас, то я это сделаю. Лучшее, что вы можете сделать, это убраться отсюда и дать Мерси время решить, как ей поступать. Если она захочет ехать в Кентукки, я подчинюсь ее решению.

– У нас нет времени, мистер. Мы поклялись Ма найти Эстер и привезти ее, чтобы перед смертью она смогла увидеть свою дочь.

– Я понимаю это. Но дайте мисс Куил несколько дней, чтобы свыкнуться с этой мыслью.

– О чем он говорит, Ленни? Чего нам ждать? – Берни вышел из-за мулов, почесывая голову.

– Я не собираюсь стоять на ее пути, если она захочет ехать в Кентукки, – сказал Даниэль.

– А у тебя и прав никаких нет мешать ей. Ты вообще не должен говорить об Эстер! Ты не муж и не кровный родственник.

– У меня прав больше, чем у вас, но я не буду спорить с вами. Еще раз повторяю, оставьте Мерси в покое и дайте ей время для принятия решения.

– Никогда не слышал ничего подобного, – фыркнул Берни. – Женщины делают то, что приказывают им мужчины, а иначе получают взбучку. Да нас, Бакстеров, засмеют, если узнают, что мы ждали, пока женщина будет решать, что ей делать. Послезавтра утром мы уезжаем домой. У нас больше нет времени.

– Берни прав, мистер. Послезавтра мы уезжаем.

– Вот и отлично. Проваливайте отсюда. Я буду очень рад.

– Эстер поедет с нами! – Ленни втянул щеки и посмотрел Даниэлю прямо в глаза.

– Нет. – Даниэль не отрывал глаз от Ленни.

– Или она едет, или мы остаемся.

– В этом случае я встречусь с вами там, где вы разбили лагерь. Ножи или ружья. Выбирайте сами.

– Ты собираешься биться с нами двумя сразу?

– Вы вдвоем слабее меня одного.

– Нам придется убить тебя.

– Попробуйте. Но вот что я хочу вам сказать – ни один из вас не выберется отсюда.

– На рассвете, послезавтра. Приезжай либо с Эстер, либо один.

– Так или иначе, я буду на месте.

Даниэль смотрел, как они уезжали. Его восхищала их настойчивость и преданность матери. Ему будет нелегко заставить себя убить их, но у него не было выхода. Даниэль знал, что он так и сделает, если они попытаются увезти Мерси без ее желания.

* * *

Где-то около полудня, после того как Джордж спустился по лестнице и перекрыл воду, чтобы остановить мельничное колесо, Даниэль задал волнующий его вопрос.

– Джордж, где были эти двое из Кентукки вчера, когда приехал Леви Коффин?

– Я их совсем не видел. Я подошел к повозке, когда увидел, кто в ней сидит. Мистер Коффин сказал, что женщину избили и ребенок болен.