Даниэль снял с окна полотенце и остановился у подоконника. Окно было слишком высоким для Мерси. Через пыльные стекла едва проникал слабый утренний свет. Казалось, прошла целая вечность, когда он оторвался от окна и приблизился к ней.

– Пошли. Держись ко мне поближе.

Дверь отворилась беззвучно. Даниэль вышел на кухню и осмотрелся по сторонам, а потом, крепко держа девушку за руку, вышел на улицу. Мерси почувствовала биение пульса на шее, и неосознанный страх сковал ее тело. Она женским чутьем поняла, что ее любимому грозит опасность. Сердце Мерси глухо билось, глаза всматривались в темноту раннего утра. Она вздрогнула при крике петуха, призывавшего кур к пробуждению.

Даниэль направился к сараю, но внезапно остановился. Около забора он увидел фургон. Зельда была запряжена, и его конь тоже стоял рядом. Ленни и Берни нигде не было. Держа Мерси за локоть, он направился к фургону, добром вспомнив Бакстеров: ему не надо было идти в темный сарай.

Завернув за угол деревянной постройки, Даниэль услышал какой-то свистящий звук, за которым последовал глухой шум, какой обычно возникает при падении тяжелого предмета, Даниэль обернулся, поднял ружье. На земле, не далее как в шести футах от них, на коленях ползал человек в черной куртке.

Из кустов, что росли рядом с сараем, появились две знакомые фигуры и направились к ним. Ленни пнул ногой злоумышленника. Это был тот самый мужчина, который вчера пожирал глазами Мерси. Из его виска стекала кровь, нож оставался зажатым в руке.

– Я не слышал его, – просто сказал Даниэль.

– А должен был... – сказала Берни. Не так уж и беззвучно он двигался.

Ленни присел на корточки перед человеком на земле. – Это был средний удар. Надо было чуточку повыше.

– Нормально. На три пальца над ухом,, как раз, чтобы уложить его.

– Чем ты его ударил? – спросил Даниэль.

– Камнем, – Берни показал Даниэлю рогатку.

– Черт тебя побери, ты же мог попасть этим камнем в Мерси!

– Он уже собирался метнуть нож тебе в спину. Даниэль посмотрел на человека на земле.

– Камень пролетел в футе от Мерси.

– Чего ты сердишься? Берни с пеленок стреляет белок из рогатки. Он не собирался стрелять в сестру.

– Берни убил его? – спросила Мерси.

– Неважно, убил или нет. – Даниэль подтолкнул ее, взял у нее саквояж и забросил его в фургон. После того, как Даниэль помог Мерси сесть на сидение, он повернулся к братьям.

– Я благодарен вам... и за лошадей тоже. А теперь нам лучше уехать отсюда. Не исключено, что у этого человека остались сообщники. – Даниэль стегнул Зельду, и они выехали со двора, оказавшись на дороге. Мерси оглянулась на братьев Бакстеров, которые ехали позади фургона, и почувствовала облегчение. У нее появилась уверенность: они ничего не сделают Даниэлю... По крайней мере, пока не доберутся до Мад Крика.

* * *

Утром им встретилось несколько путешественников, двигавшихся на север в Нью Хармони. Даниэль прижимал фургон к обочине, чтобы разминуться со встречными. К полудню ветер разогнал дождевые тучи, и выглянуло солнце. Время от времени Мерси поглядывала на профиль Даниэля. С тех пор, как уехали с постоялого двора, они перебросились лишь несколькими словами. Оба наслаждались тишиной. Даниэль был погружен в свои мысли, Мерси в свои.

Подъехав к маленькому пруду, в котором были ключи, Даниэль остановил Зельду.

– Здесь хорошая вода. – Он напоил лошадей и наполнил из ключа кувшин. Бакстеры исчезли в лесу к востоку от дороги.