– Такое впечатление, что все здесь построено много-много лет назад, – пробормотала Мерси. Она повернула ладонь вверх и крепко сжала руку Даниэля.

Когда они подъехали, Берни уже увел мулов за дом. Из-под крыльца выскочили собаки и яростно залаяли, но показавшийся Ленни прикрикнул на них, и они, поджав хвосты, убрались на место.

Вслед за Ленни на крыльцо высыпало все семейство Бакстеров: женщина с младенцем, мужчина, похожий на Ленни, но плотнее и старше, и несколько ребятишек. Двое из них бросились к покрытому виноградной лозой пню, с визгом взобрались на него и оттуда уставились на приехавших. Девочка, держа два пальца во рту, тащила за собой ребенка поменьше, мальчика. Он упал, но стал снова карабкаться на пень.

Даниэль остановил фургон под деревьями. Пока он привязывал Зельду, Мерси сняла свою белую шаль и положила ее на сиденье. Девушке не хотелось предстать перед ними слишком хорошо одетой. $

– С тобой все в порядке? – тихо спросил Даниэль, помогая ей спрыгнуть с фургона.

– Отлично! – она чувствовала себя на удивление независимой, и это отражалось в ее глазах и высоко поднятом подбородке. Мерси улыбнулась Даниэлю и взяла его за руку. «Никогда она не была так прекрасна», – подумал Даниэль. – Потрясающе красива, спокойна и безмятежна». В эту минуту он был безгранично горд, – и это была его жена.

Они прошли мимо детей, взобравшихся на пень, и Мерси улыбнулась им.

– Привет! – мягко произнесла она.

– Ты Эстер? – закричала им вслед девочка. Ленни остался стоять на крыльце рядом с женщиной с младенцем на руках, а другой мужчина вышел встречать их. Он был почти такого же роста, как и Даниэль, только потяжелее. Загорелое, чисто выбритое лицо еще сильнее подчеркивало соломенный цвет волос, торчащих в разные стороны. Рубашка, сшитая из домотканого полотна, брюки, подпоясанные кожаным ремнем, строго отвечали торжественности момента. Его острые глаза неотрывно вглядывались в лицо Мерси.

– Ленни сказал, что ты Эстер.

– Так получилось, что это я.

– У тебя родинка на веке. Ленни сказал, что у тебя есть и знак Бакстеров.

– Да.

– Я Ход Бакстер.

– Меня зовут Мерси. А это – Даниэль Фелпс.

Пожимая руку Даниэля, Ход пристально рассматривал его. Немногие мужчины превосходили Хода в росте и имели такие же широкие плечи. Даниэль ответил ему тем же, и Ход, наконец, повернулся к Мерси.

– Ма дождалась тебя. Мы уже и не надеялись, что ребята найдут тебя и привезут домой вовремя.

– Она знает, что я... здесь?

– Мы ей еще не говорили. Заходи.

Когда они поднялись на крыльцо, Ленни быстро шмыгнул в сторону. Мерси и Даниэль как будто не замечали его.

– Здравствуйте, – приветливо сказала Мерси женщине с ребенком.

Женщина ответила легким кивком головы. Она была крупной и грубоватой, способной выполнять любую мужскую работу. В ее облике почти не осталось женственности. Завязанные в тугой узел на затылке волосы, отчего уголки ее глаз оттянулись к вискам, полинялое, сильно поношенное платье из грубой полушерстяной ткани коричневого цвета; лиф платья, мокрый от текущего из ее мощных грудей молока, – усиливали это впечатление.

Ход вошел в дверь и пригласил Мерси последовать за ним. Она потянула Даниэля за руку.

– Пойдем со мной, Даниэль.

Комната была большой, с открытой дверью и окном в глубине.