- Ничего?

- Ничего. Я обычно жду, когда накопиться больше информации, а поскольку сезон еще не начался, в Вене немного событий значительных, я придержал отправку на две недели. Я полагал, вы к тому времени, еще что-то отыщите, и будет достойный комплект. Все-таки мне приходиться думать о затратах энергии тут ее добывать легально в таких количествах затруднительно. А если впереди три отправки, то я информацию отошлю в последнюю очередь, убедившись, что ушли люди.

- Хорошо. Предлагаю такую последовательность. Сначала уходит Эдвин и его команда, потом второй патруль. Система распознает две переброски и запасет больше энергии. Потом уйдем мы. Дайте бумагу и карандаш. Кажется, я что-то начинаю соображать.

Эл, в отличии от Ванхоффера, думала молча. Она чертила на листе какие-то линии и кривые, за подобным делом в столовой ее застала Диана. Эл предпочла уничтожить плоды своих расчетов, тщательно зачирикав рисунок. Уже тогда схема переброски пришла ей в голову. Как всегда вопросы технические решались быстрее, чем вопросы человеческие. Она приберегла свои замыслы до окончательно разбирательства с Ванхоффером. Эл тогда готова была торговаться, как баба на рынке, только бы выбить из Ванхоффера право самой спланировать отправки, так как она считала разумным и верным. Ей пришлось признать, что из-за несовершенства своих ощущений, тут Эдвин был прав, она ошиблась в оценке Карла Ванхоффера. Ничего не поделаешь, это плата за право хоть иногда называть себя человеком. Подозрительный и чопорный Ванхоффер оказался добрейшим человеком, за профессиональной маской Эл не смогла различить подлинного Ванхоффера, чего не могло бы случиться в прошлом. Имея право называться великим, ты имеешь способность видеть людей насквозь. Назвался человекам - привыкай к несовершенствам и ошибкам. Сначала она ошиблась, взявшись тренировать Алика, потом открыто продемонстрировала, как работает система Самадина, и взялась это доказать, терзала Ольгу и Диану не имея на это морального права, поскольку, не так уж отчетливо понимала, что твориться у них в душах. Старые замашки давали знать о себе достаточно часто.

Эл около часа чертила схемы, исписав с десяток листов с двух сторон. Потом перебирала листки, жалея, что не может позвать Алика, а Димку Ванхоффер до разговора не допустит, правила, есть правила. Так что, Эл пришлось соображать за троих. Она начертила на бело схему и положила лист перед Вахоффером.

- Примерно так. Мы заметили второй патруль с прошлую среду, будем пока отталкиваться от этой даты, расчетов все равно я сделать не смогу, на это ночь потребуется. И не я одна. А попасть они должны после даты своего ухода. Как нам с Дмитрием удалось выяснить, они ушли после нас через год, два, три. Хотя технически, группу ждут полгода. Потом готовили Эдвина, туда-сюда, еще полгода. Предположим все же год после нас. Да это и не важно пока. То есть уходить им дальше всех. Приговор один - уходят первыми. Первый патруль уходит и попадает в свое время, а они туда попали точно, я это знаю. Тут сбоя не будет. Потом уходим мы.

- И куда же вы попадете?

- А вот с нами как раз проще всего. Есть у нас другая возможность. Нам - в конец двадцатого.

- То есть?

- У нас две переброски, а не одна, а оттуда мы сориентируемся, куда и как нам прыгнуть. Доверьте нам расчеты без аналитической проверки, чем меньше людей об этом знают, тем меньше проблем.

- Можете не сомневаться, у меня с сотрудниками очень доверительные отношения.

- Я заметила, Диана рассказывала вам о нас, я думала, что тут такая практика.

- Диана мне, как дочь, она работает у меня пять лет, я ее очень ценю, она всегда мне рассказывает все.

- И все же. Давайте без аналитиков.