- Хорошо.

Эл было жаль его разочаровывать, поэтому она предпочла оставить Диане право решать, что рассказать Карлу, о чем умолчать. Примешивать к проблеме терзания Дианы и находку Франси Эл считала сейчас лишним. Никуда это не денется.

- У меня сомнения, относительно Эдвина, - сказал Ванхоффер. - Мы никак не вывели его из подозрения.

- На этот счет у меня есть маленькая хитрость, но я умолчу о ней. Хочу убедиться, что он достоин наших стараний. Он не ушел с базы, ему хватило мужества вытерпеть нашу с Дмитрием атаку. Он упрям и умен, посмотрим, какой он политик. Достаточно пока, что мы их избавили от плутания во времени или смерти.

- Эл, все же, как вам видится, на что рассчитывал тот, кто взялся вам мешать? Тягаться с вами и вашими друзьями - задача не из легких. Вы люди смелые и опытные, Эдвин вас моложе во многих смыслах.

- Этот некто рассчитывал на то, что увлеченные поисками, мы пропустим патруль. Опять же сама этичность ситуации вызвала бы у нас сомнения. - Эл, конечно, не сказала о способностях Алика и Димки - рояль в кустах. Разве что Эдвин от избытка откровенности ляпнет. - Еще на удачу. На молодой запал Эдвина и его ребят, которые готовы собой пожертвовать ради идеалов службы, ради высших целей. И еще этот кто-то рассчитывал, на ошибку, чтобы сбоя в системе переброски в день отправки будет довольно, чтобы мы пропали, желательно навсегда. И если это не просто интрига, а что-то более страшное, то и на исчезновение группы Эдвина тоже.

- Эл, мы можем изменить будущее, - предупредил Ванхоффер, просто ради того чтобы сказать это. Она знает, но он должен сказать.

- А на этот случай мы попросим помощи в будущем. Есть люди, которым я доверяю безоговорочно. Тот же самый Хёйлер, глава патруля, уж более подвинутого на морали человека я давно не встречала.

- Но Хёйлер же и отправлял за вами Эдвина.

- Я вам кое-что расскажу, Карл, хочется мне, как Диане, пооткровенничать с вами. Сохраните тайну?

- Обещаю.

- Хёйлер меня послал сюда, потому что меня как раз подозревали в незаконных проникновениях. Главе патруля каким-то образом дали понять, что я бываю в разных временах в обход каналов службы. У меня обширная полетная практика, куча сомнительных знакомств, контакты с иными культурами, которые обладают превосходными технологиями в этой области и у меня большой опыт перебросок в космосе, а процессы похожи. Чтобы меня дискредитировать достаточно, чтобы я не вернулась из экспедиции. Другая причина, что мы опробовали новый способ просчета точек ухода, метод который не то чтобы противоречит существующему, но сильно его упрощает. Метод работает, но захотят ли признать нас правыми. Для кого-то в этом мире в любое время Земля никогда не будет круглой. Тонкости подковерной борьбы внутри научного сообщества вполне могли привести сюда второй патруль. Но поручусь, что Хёйлер в тот период уже не был главой патруля, его разжаловали за то, что он меня отпустил, имея такие подозрения. Наш недоброжелатель это учел. Конечно, для меня дело чести вернуться назад, но теперь дело приняло совсем иной оборот. Надо спасать нас, Эдвина с ребятами, и, видимо, мастера Хёйлера. Спросите у Эдвина, проверьте мою догадку.

- Я вам на слово верю. Верю-верю. Эл, мои похвалы не прозвучат как нечто новое для вас, но примите комплимент. Ваш ум, опыт и мудрость превзошли мои представления.

- Ну, на счет мудрости я бы возразила. Скорее, как говорят русские, я - тертый калач.

- Как? Тертый калач? Ха-ха, - Ванхоффер смеялся усталым грудным смехом. - Я как-то давно обещал себе выучить русский. Зовите Эдвина.

Они совещались два часа с небольшим, все это время Эдвин как приговоренный к заключению просидел в столовой. Он не смотрел на Эл, когда она позвала. Лишь в кабинете Ванхоффера он обоим был вынужден посмотреть в глаза. Карл Ванхоффер, которого Эдвин видел раньше издали, показался ему старше и ниже ростом, он вежливо встал, приветствуя его появление.