Он не утерпел, взял ее за локоть. Она очень мягким жестом убрала руку, принимая его действие лишь как напоминание о себе.

- Вы пребывали в такой красивой задумчивости, графиня.

- Мне понравился ваш сад.

- Я передам садовнику вашу похвалу. Хотите, выйдем туда, на этой стороне дома нас не заметят посторонние. Я день провел в кабинете на службе, хочу вдохнуть свежего воздуха и прелести цветов.

- Они уже закрыли свои бутоны, вечер.

- Не будьте так холодны.

- Хорошо. Я пройдусь с вами, если вы разрешите некоторые мои дилеммы.

- Вы примете мои советы? Сочтете мои объяснения достойными?

Он опять прикоснулся, на сей раз к руке, потом просто настойчиво взял ее и повел к приоткрытой остекленной двери, ведущей в сад.

- Ваша жена не будет ревновать?

- Ах, что жена! Ей только это и осталось!

Он увидел, как она покосилась, но не стала придавать его тону большого значения.

Они вышли в сад, и он завел ее за стену из кустарника. Там они остановились. Теперь они были наедине, он мог любоваться ею, не будучи замеченным посторонними.

- Вы очень хороши сегодня, графиня. Вы как нереальный мираж, среди скучного пейзажа, - сказал он.

- Поговорим о свитках? - предложила она.

- Ну почему же вас так интересуют эти бумаги?

- Это не бумаги, господин Берг. Это артефакты. Говорят, им нет цены. Но у нас, в Америке, все имеет цену. Я желаю их купить, капитал моего отца и моего мужа позволяют мне сделать это. Познакомьте меня с бароном фон Лейдендорфом, вы, кажется, были близкими друзьями прежде. Если, конечно, сам барон пожелает видеть вас.

- Лейдендорф. Вам следует держаться от него подальше. Значит, вы узнали кое-что из дворцовых сплетен, - недовольно сказал он. - Не князь ли Рушель поведал вам их?

- А если он?

- Остерегайтесь его. Если вы подадите хоть малейший повод, вам будет трудно отделаться от него. Он близок к императорской семье, а это могущественная власть. Его самомнение о своих мужских достоинствах столь высоко, что он не усомниться в вашей благосклонности, графиня, а если пожелает, получит вас любым способом. Если вы со своим русским мужем хотите попасть в высшие круги венского общества и удержаться в них, вам нужен покровитель менее назойливый, чем князь.

- Вы предлагаете себя?

- Не будьте так прямолинейны, вашей красоте нужно менее угловатое обрамление.

- Я привыкла говорить то, что думаю. Вы обещали мне пропуск в Хофбург, а вот я не припомню, что обещала вам благосклонность более, чем дружескую, а точнее, я ничего не обещала.

- Не будьте жестоки, графиня. От вашей холодности погибнет мой сад.

- Господин Берг, если вы не можете по любой причине выполнить ваше обещание, я более не стану вас тревожить.

- Я его выполнил. Разрешение при мне. Позвольте хоть руку поцеловать.

- Вас не удовлетворит моя сердечная признательность за помощь? Вы ждете иной награды? Вы не джентльмен, сударь.

- Позвольте мне хоть изредка видеть вас, бывать там же, где вы. Издали. Я не нарушу вашего покоя. Мне довольно простого знака внимания. Мы не зайдем далеко.

Она не позволила ему в очередной раз завладеть ее рукой.

- Господин Берг, вы забываетесь. Если ваши намеки не прекратятся, я буду вынуждена немедленно покинуть ваш дом. Пройдем в кабинет.

Она зашагала по дорожке, не дожидаясь его согласия.

Он впустил ее в кабинет. Обставленная со вкусом комната, с двумя антиками у дальней стены мало напоминала кабинет чиновника средней руки.