Мы обмениваемся еще несколькими историями, и в конце концов он провожает меня обратно к припаркованной возле ресторана машине. Хотя бо́льшая часть моего раздражения из-за устроенной Эваном сцены уже рассеялась, ничто не сделает ту часть ночи менее неловкой.

– Спасибо, – от души благодарю я. – За ужин, но на самом деле за то, что повел себя так мило, хотя и не обязан был.

– Хочешь – верь, хочешь – нет, но я отлично провел время. – Серьезное выражение лица Харрисона подтверждает искренность его слов.

– Как ты вообще можешь быть таким? – Меня это сбивает с толку. – Всегда такой позитивный и оптимистичный. Я никогда не встречала никого, похожего на тебя.

Харрисон пожимает плечами.

– Судя по всему, в противном случае приходится разбираться с последствиями, а сталкиваться с этим совсем не хочется. – Как истинный джентльмен, которым он и является, мой спутник открывает мне дверь. Затем неуверенным жестом он предлагает обняться. Честно говоря, какое же облегчение – не устраивать все эти танцы с бубном вокруг поцелуя. – Я бы потом позвонил тебе, если ты не против.

Я не успеваю даже подумать о возможности второго свидания.

– Отойди от машины, – раздается чей-то голос.

Нахмурившись, я оборачиваюсь как раз вовремя, чтобы заметить помощника шерифа Рэндалла, переходящего улицу. Есть в нем что-то подлое. Во взгляде угадывается нестерпимое желание поглумиться над тобой.

– Положи ключи на землю, – командует он.

Ради всего святого! Я прикрываю глаза, когда Рэндалл приближается, светя фонариком мне в лицо.

– Это моя машина. Я не собираюсь угонять ее.

– Я не могу позволить тебе водить машину с нарушениями, – объявляет Рэндалл, кладя руку себе на ремень.

– С нарушениями? – Я смотрю на Харрисона в поисках подтверждения, что это не галлюцинации. Ведь Рэндалл не может говорить всерьез. – Что вы имеете в виду? – спрашиваю я.

– Расти, – робко начинает Харрисон, – думаю, тут какая-то ошибка.

– Я отчетливо видел, как молодая леди нетвердо стояла на ногах и опиралась на дверь в поисках поддержки.

– Чушь собачья, – выплевываю я. – Больше часа назад я едва притронулась к бокалу вина. Это клевета.

– Расти, я был с ней всю ночь. – Харрисон произносит слова тихо и вежливо, не сыпет угрозами в противовес бессмысленным утверждениям Рэндалла. – Она говорит правду.

– Я уже предупреждал тебя, парень, – издевается Рэндалл с почти злорадной усмешкой. – Ты не захочешь тратить свое время на эту девку. Если она не спит, то наверняка пьяна и выставляет себя на посмешище перед всем городом. – Он издает саркастический смешок. – Если ее выходки посчитать за мили для часто летающих пассажиров, она могла бы заказать кругосветное путешествие. Не так ли, Женевьева?

– Пошел ты, говнюк. – Само собой, я пожалею о своих словах, но все равно не в силах держать рот на замке. Приятно выпустить пар, как бы бесполезно это ни было. В моей голове мелькает краткая фантазия о том, как я достаю его перцовый баллончик и прыскаю ему в лицо.

Едва заметное подобие ухмылки приподнимает уголок рта Рэндалла. Затем, наморщив лоб, он приказывает мне встать за машиной и пройти тест на трезвость.

От потрясения моя челюсть чуть ли не падает на пол.

– Ты же шутишь, да? – протестует Харрисон, который явно начинает понимать, какой придурок этот Рэндалл.