Открылась дверь, и в кафешку вошел тот самый «каратист». Он заказал себе зеленый чай, огляделся, предсказуемо скользнул взглядом по Ольге, и та, к неудовольствию Игоря Васильевича, одарила его кокетливой улыбкой. Ощутив укол ревности, Строгов нахмурился было, но скоренько взял себя в руки и радушным жестом пригласил мужчину присоседиться к их столику. Продолжая пожирать глазами Ольгу, тот, столь же предсказуемо, приглашение принял.

– С вами все в порядке?

– Вполне.

– А те двое? – с легкой тревогой спросила Ольга.

«Каратист» беспечно отмахнулся:

– Охранник вызвал им «скорую». Думаю, амбулаторное лечение пойдет им только на пользу… Кстати, Саша.

– Игорь. А мою спутницу зовут Ольга.

– Очень приятно.

– А здорово вы разделали их, Саша, – с легкой завистью сказал Строгов.

– Да, ерунда. Не бойцы – смазка для штыка.

– Вы спортсмен?

– Был когда-то.

– А сейчас, извините, чем занимаетесь?

– Чем придется. Сейчас – фактически безработный. А до кучи – без пяти минут бомж.

– Ну на бомжа-то вы, допустим, не очень похожи, – улыбнулась Ольга, снова к вящему неудовольствию Строгова.

Однако уже в следующую секунду рациональное взяло в нем верх. Игорь Васильевич подумал, что при случае этот мужик может оказаться полезен, а потому поспешил уточнить:

– Так что, вы, Александр, совсем без работы?

– А вы, Игорь, можете что-то предложить?

– Э-э-э… Мммм. Не знаю… возможно. В любом случае, думаю, нам стоит обменяться координатами.

– Да у меня с питерскими координатами пока не очень. Вот, буквально сейчас жилье себе подыскиваю. – Он принял строговскую визитку, сунул ее в задний карман джинсов. – Но, в любом случае, благодарю. Как только обустроюсь, сразу позвоню…

Купцов пересек кабинет, по-свойски уселся в начальственное кресло:

– Искренне надеюсь на вашу откровенность.

– Я… я уже все рассказал. И Брю… И Виктору. И полиции. Больше мне добавить нечего… К слову, даже у следствия ко мне больше нет претензий.

– На самом деле они есть. Просто следователь обязан исходить из презумпции невиновности: выслушивать вашу ложь и – если не может доказать обратное – считать ее истиной. Я же не скован этими нормами и берусь доказать, что вы лжете. Возможно, это не будет доказательствами в юридическом понимании, но на житейском уровне – вполне!

– Я не понимаю: что вам еще от меня нужно?

Строгов слегка ослабил узел галстука.

В общем и целом держался он сейчас спокойно. Внешне спокойно. Однако за внешним бывший следователь Купцов отчетливо различал напряжение внутреннее. И он знал, как добиться того, чтобы оно от вопроса к вопросу повышалось, достигнув к финалу беседы критической массы.

– Ну хорошо. Давайте начнем… с середины. С вашего знакомого «решительного парня». Как – для начала – его полное имя?

– Саша… э-э-э-э… Александр Трубников.

– А почему Трубников? Потому что вы торгуете трубами?

– Послушайте! Какая тут связь? – возмутился Строгов.

Купцов посмотрел на него снисходительно:

– Возможно, никакой… Просто создается впечатление, что вы ляпнули первое, что крутилось в голове: трубы – Трубников. Но это так, к слову. Итак, допустим, его зовут Александр Трубников. Где, когда, при каких обстоятельствах произошло ваше знакомство?

– В баре «Трибунал»… э-э… в начале апреля.