— …с большим удовольствием! — услышала Агата, возвращаясь в дом. — Агата будет рада, да, моя дорогая?

— Чему, тетя?

— Энни предложила свою помощь в уходе за мамой и Виком — не вечно же они будут в больнице. Тем более, мы немного заплатим, так будет лучше для всех.

— Заплатим? Мадлен… Тетя, у нас сейчас не очень здорово с деньгами, потому что…

Смартфон в руке Агаты коротко прозвенел сообщением. «На счет вашей карты поступило 4100 евро». Лири наконец-то выполнил свое обещание и зачислил ей деньги, выкраденные им из багажника.

Жизнь начала налаживаться, по крайней мере в финансовом смысле. Хотя надолго этих денег и не хватит.

16. Тайны старого дома

Когда Энни методично — наверное, от избытка впечатлений — доела все принесенные бутерброды и ушла домой, наставница повела Агату наверх.

— Ни ты, ни я здесь не в гостях, зачем нам сидеть на кухне? Пойдем в твою комнату. Есть разговор.

— Я-то точно дома, а вы, Мадлен?

— А я к тебе по делу, вообще-то. — Она взяла так и лежавший на столе паспорт, провела рукой над строчкой с фамилией и сунула документ в сумочку. Разумеется, надпись «Фроман» пропала — наставница никогда и не была их родственницей. Необходимо было уговорить госпожу Петерс, что дети под присмотром, вот она и вмешалась.

— А решение об опекунстве я оставлю. Возможно… пригодится еще. Хотя и вряд ли.

Лестница под ногами наставницы даже не думала скрипнуть, словно та ничего не весила. Агате всегда казалось, что Мадлен — идеальна. То, как она выглядит, ходит, разговаривает, водит машину — да в любых своих действиях. И возраст… Они познакомились два с лишним года назад, но никаких изменений за это время. Прическу иногда меняет и все. Девушка подозревала, что и через двадцать лет ничего не поменяется.

В ее комнате Мадлен одобрительно глянула на башенные часы:

— Сама завела? Вот и умничка. Хороший механизм, раньше таких было много.

У Агаты даже язык не повернулся спросить, когда это «раньше» — часам на вид было лет сто пятьдесят, неужели…

Наставница присела на пуфик, стоявший в углу, и кивнула хозяйке — располагайся, мол. Чувствуй себя свободно. Разговаривать на бегу Мадлен не любила. У нее была масса таких вот привычек, выдававших, что ей на самом деле не тридцать с небольшим, а много, много больше.

— Прежде всего, поздравляю тебя! Хоть и с кучей ошибок, но ты справилась. Твое посвящение… Инициация… Не люблю это слово, посвящение лучше — так вот, оно состоялось. Ты уже видела, каков дом на самом деле?

Агата кивнула.

— Прекрасно… Но потом башня пропала, и ты теперь сама сомневаешься — есть она на самом деле или нет?

— Я уверена, что есть, — ответила девушка. — Но пока ее не вижу.

— Так-так… Да, нормальное состояние при обретении силы. Нам нужно будет закончить этот процесс. Связать все нити и расправить крылья.

— Как?..

Вопрос повис в воздухе. Наставница замолчала, обводя взглядом комнату. Даже часы в ее присутствии шли тихо, почти не звеня своими медными шестеренками.

— Сыграй мне что-нибудь, — вдруг сказала Мадлен. — Старое, доброе… Я знаю, ты можешь.

Агата взяла укулеле, провела пальцами по струнам, немного подтянула одну колком на грифе — гитарка была чуть расстроена. Она ведь так и забыла сунуть ее в машину, когда они пытались бежать. Так и пролежала здесь всю бесконечную ночь.

— Что сыграть? — не поднимая глаз от струн, спросила девушка.