С вершины стены Адолин действительно мог оценить размеры Стойкой Прямоты. Она была огромной, в несколько сотен футов высотой. А еще – полой, без окон и крыши. Просто четыре отвесные прямоугольные стены, опирающиеся на меньшую сторону. Человечество не знало подобных городов, даже Уритиру требовались поля у подножия и окна, чтобы жители не сходили с ума.

Стойкая Прямота, ко всему прочему, не подчинялась обычным законам природы. По ее внутренним стенам можно было ходить. И действительно, чтобы добраться до верха стены, Адолину понадобилось пройти по ее вертикальной внутренней стороне – при этом телу казалось, что он идет по земле. В конце пути ему пришлось сделать шаг, как будто он желал сойти с твердой почвы в пропасть.

Как только Адолин на это отважился, гравитация подхватила его ногу и перевернула целиком; теперь он стоял на самом верху Стойкой Прямоты. Он посмотрел вниз, вдоль стены, которую недавно считал землей, и ощутил головокружение. Сотни футов…

От одной мысли об этом заныло в висках, и Адолин стал разглядывать пейзаж. Вид, конечно, был потрясающий. Стойкая Прямота возвышалась над морем вихрящихся бусинок, которые мерцали и искрились в лучах холодного солнца, как плененные звезды. Огромные волны омывали залив и разбивались о его берега с грохотом.

Завораживающее зрелище казалось еще более интересным благодаря огням, которые скапливались и перемещались в отдалении. Тукар и его обитатели – точнее, их отражение в Когнитивной реальности.

По другую сторону от крепости имелись свои, чуть менее впечатляющие красоты. Скалистые обсидиановые берега уступали место лесам из стекла, где среди деревьев прыгали спрены жизни. Эти существа здесь были крупнее, но все равно оставались достаточно маленькими, чтобы Адолин различал их лишь благодаря ярко-зеленому свечению, которое они испускали.

Огоньки мигали – такое поведение казалось уникальным для этой части Шейдсмара. Наблюдая за ними, Адолин мог поклясться, что в их сиянии была некая согласованность. Они мигали волнами, синхронно. Как будто подчиняясь некоему ритму.

На миг он позволил себе насладиться видом. Но это была не главная цель, ради которой он сюда пришел. Полюбовавшись красотой, Адолин окинул взглядом близлежащее побережье.

Лагерь его спутников по-прежнему таился среди лесистых гор, в нескольких минутах ходьбы от крепости. Годеке, Фельт и Малли ждали результатов испытания Адолина. После некоторых уговоров спрены позволили Годеке войти и дали ему немного буресвета, чтобы залечить рану Адолина. Потом его вышвырнули, но разрешили Адолину обмениваться со своим отрядом письмами.

Они обменяли – с его разрешения – несколько мечей на еду и воду, когда мимо прошел караван спренов-странников. Оружие, которое не надо было проявлять, в Шейдсмаре стоило очень дорого. Коряга, Зу и остальные солдаты Адолина ушли, чтобы сообщить о случившемся его отцу. Адолин изначально предполагал быстрый и драматичный финал своего заключения, однако спрены чести не пожелали немедленного суда. Следовало догадаться, что педантичным спренам понадобится время на подготовку.

Хотя некоторые аспекты задержки были неприятными, ожидание работало в пользу Адолина. Чем дольше он пробудет среди спренов чести, тем больше шансов убедить их. Теоретически. До сих пор обитатели крепости поддавались убеждениям с легкостью скал.

С этой высокой наблюдательной позиции была видна еще одна странность. Неподалеку на берегу собралась необычная группа спренов. Недели две назад там было несколько отдельных особей, но их число росло с каждым днем. Теперь, похоже, скопилась пара сотен. Они стояли на берегу весь день, неподвижные и безмолвные.

Мертвоглазые.

– Шквал, – сказал Вайу. – Их так много.

Вайу был главным конвоиром Адолина во время подобных прогулок. Среди спренов чести он выделялся малым ростом и носил густую бороду, подстриженную как у ревнителя.