— Верно, — согласилась она. — Я тоже часто делила с ним ложе, когда он занимал твоё тело. — Она поразмыслила немного. — Какое оно, моё тело?

— Ничего лучше и представить себе не мог, — признал он. — А теперь хватить меня дразнить. Пора спать.

Решив, что зашла достаточно далеко, Флета отступилась. Её потребность в сексе была совсем не такой, как у него; ей просто нравилось демонстрировать, что она может вызвать у юноши соответствующую реакцию против его воли. Сейчас это сработало, и девушка удовлетворилась.

Бэйн расслабился. Тем не менее, подсознательно он понимал, что вскоре им придётся сделать это по-настоящему, если они хотят сохранить свою тайну. Может, для неё секс — всего лишь часть игры, животных он вообще мало беспокоил, но для него это была далеко не игра. Юноша уже чувствовал себя виноватым за грядущее — и ещё острее становились угрызения совести, когда он ловил себя на том, что желает этого. Он не мог простить себе страсть.

Раньше Бэйну не доводилось бывать во владениях Прозрачного, и он нашёл их завораживающими. Подводный остров, древние создания, псевдо-полёты — что за реальность воссоздал здесь адепт! Он пытался не слишком явно глазеть по сторонам, когда кобылица несла его мимо странных пейзажей в убежище.

Наконец, они прошли сквозь куполообразный занавес и спустились на «нормальную» землю острова. Отсюда видно было всех чудовищ архаичного океана.

— Нам следует проверить, не изменилось ли что на острове, — весело предложила Флета, превратившись в девушку.

— Да, — кивнул он, понимая, что таким способом она собирается показать остров, чтобы он ничем себя не выдал.

Они осмотрели всех уже знакомых ей и Машу существ.

— Вот и старый добрый Ноти! — воскликнула девушка при виде укрытого раковиной осьминога ростом с человека. — Нет, не поправляй меня, Маш; я знаю, что ты зовёшь его «Наутилоидом» с ордовикского периода Земли! Но для меня он навсегда останется Ноти. Вспомни, сколько раз он падал сюда к нам сверху. Я уже узнаю выражение его лица! — Вытянув руку, которая свободно прошла сквозь купол, Флета погладила монстра по гладкой раковине. Из-под него, в свою очередь, показалось щупальце, слегка пожавшее и отпустившее её запястье. По всей видимости, Ноти тоже помнил девушку, и она ему нравилась.

Вскоре они обошли весь остров.

— Всё в порядке! — объявила Флета. — Теперь я намерена попастись немного и уснуть.

— Но… — начал было Бэйн, озабоченный своим неполным знакомством с этой областью.

— Разве тебе не хватило любовных игр по пути сюда? — поддразнила она его. — Ты не позволишь мне отдохнуть после того, как я весь день несла тебя на себе?

Оу. Она предоставляла ему предлог, чтобы оставить её в покое без подозрений со стороны Прозрачного, который наверняка следил за ними.

Он отправился искать себе ужин, пока она, приняв облик единорога, паслась на богатом травой лугу. Флета уже засыпала; она могла пастись и спать одновременно, что временами бывало весьма полезно.

После ужина юноша справил естественные нужды, затем набрал сухостоя и улёгся, якобы собираясь погрузиться в сон. На самом деле он прошептал заклинание разделения. Стайл продумал его таким образом, чтобы магия чар не отслеживалась со стороны; по большей части, она была внутренней, а не внешней, которая потребляла огромное количество энергии. Перемещения с места на место вызывали всплески магии, легко отслеживаемой заинтересованными лицами. Когда Стайл переносил одну из форм Бэйна в виде бабочки в другую точку, всплеск произошёл там, где применились чары, а не в точке прибытия, так что это прошло незамеченным.