– А почему у Новой Цивилизации такие проблемы с мясной продукцией? – Глетчер давно хотел спросить об этом, так как блюда, которые он ел в Амброзии, походили на мясо, но мясом не были.

Алиса молча пожала плечами. Пришлось отвечать Блюку.

– Видите ли, мистер Глетчер, мясо как продукт из сухопутных диких или домашних животных у нас не употребляется с момента взрыва. Большинство животных были заражены, и их пришлось стерилизовать. Остальных съели во времена социального хаоса. То, что мы называем мясом, это мясо теплокровных морских млекопитающих. Оно дорогое и не всем доступно. Основу рациона человека со средними доходами составляет рыба, а мясо он, как правило, ест по праздникам.

Глетчер опять расстроился. Известие, что на его родной планете больше нет животноводства, повергло его в уныние. Он еще раз почувствовал пропасть, которая отделяла от его времени: оно не осталось где-то, оно безвозвратно кануло в Лету. Блюк, видимо, специально готовился отвечать на его вопросы. Надо же, пять тысяч лет, как исчезли котлеты и бифштексы!

– Милый, ну не расстраивайся так, – чутко отреагировала жена, – мы очень вкусно питаемся, посмотришь…

– Да, конечно, радость моя, но попозже. А сейчас, Алиса, я очень хочу выйти именно здесь. Чтобы потом было с чем сравнивать.

– Хорошо, Барри, я согласна.

Блюк молча припарковал машину. Идти с ними он отказался, заявив, что товаров, а особенно продуктов лучше, чем в Амброзии, здесь все равно нет. Супруги уговаривать его не стали, им было приятней побродить вдвоем.

Глетчер под руководством жены обследовал несколько магазинов. Сначала зашли в магазин одежды. Торговые залы ломились от товара, калейдоскоп маек, курточек, спортивной одежды живо напоминал Барри его время. Однако, побродив между витринами, он обнаружил, что изобилие цвета скрывает скудный ассортимент. Кроме того, вся одежда была синтетической. Теперь ему стала ясна причина холодного равнодушия Алисы: она терпеливо ждала его около выхода, видимо, такую одежду она никогда не покупала. Несколько оживилась она в отделе женских украшений.

Прилавок был завален блестящими побрякушками из странных сплавов, не то металла, не то пластика. Алиса сначала с трудом скрывала любопытство, потом подцепила что-то пальчиком, посмотрела, потом опять что-то потрогала, и уже через минуту вместе с другими модницами с упоением перебирала весь этот, с точки зрения астронавта, ненужный хлам. Теперь Глетчер терпеливо стоял в сторонке, наблюдал и неспешно размышлял.

Потом супруги прошлись по продовольственным магазинам. Глаза разбегались от ярких упаковок и наклеек, но сладости с каким-то привкусом, купленные Алисой, Глетчеру не понравились. Когда они вернулись в машину и тронулись дальше, Блюк, наблюдая за гримасами астронавта, усмехнулся и сказал:

– А что вы хотите за такую цену? Это же сделано из искусственной белковой массы, с добавлением водорослей и витаминов. – Он взял в руки пакетик, повертел в руках и ткнул пальцем: – Видите, здесь написано: «40% естественной биомассы из океанических водорослей и планктона». Не советую впредь это покупать, а тем более есть.

– А чем же тогда наполняются остальные 60% этого продукта? – спросил Глетчер.

Блюк пожал плечами.

– Понятия не имею. Может быть, из водорослей без планктона? Но я знаю точно, что все продукты, даже самые дешевые, проходят экспертизу и совершенно безвредны для здоровья. А не рекомендую их есть потому, что ваши желудки помнят хорошую еду и вряд ли будут рады плохой.

Натуральные продукты и товары из естественного сырья они увидели, только зайдя в торговый центр «Натурель». У входа стоял швейцар и наметанным взглядом безошибочно определял, кого можно впустить в этот магазин.