— Ну конечно же я — Адам Кроули. А вы — Молли Форрестер. — Кривоватая улыбка показалась мне чуточку притворной, как будто излучать обаяние было для него не таким уж простым делом — уверена, это вовсе не так. Уф, я запуталась в отрицаниях. Но вы же меня поняли?

И я не смогла удержаться от широкой улыбки, когда пожимала ему руку:

— Вы меня спасли.

— Попробуем довести дело до конца. — Он поблагодарил охранника и распахнул передо мной дверь. Девицы в очереди выкликали его имя, самые отчаянные пытались дотянуться, притронуться к нему. Адам помахал им рукой и, довольно ощутимо подтолкнув меня в спину, захлопнул дверь за нами обоими.

— Я не собиралась похищать вас у ваших обожателей, — пробормотала я, оказавшись с ним вместе внутри.

— Они выкрикивают мое имя, но это вовсе не означает, что они любят меня, — сухо возразил Адам. Похоже, он решил посвятить меня во все тайны. — Наверное, вам это непонятно.

— Вы так добры ко мне.

— Я изредка бываю добр. — Он склонил голову набок, словно прикидывая, стоит ли и дальше рассуждать на эту тему. Решил, что не стоит. — Наше место там, — пальцем указал он куда-то через плечо, развернулся и пошел в этом направлении.

Я поплелась за ним.

— Спасибо, что вышли встретить меня, — сказала я в тот момент, когда мы пробирались за кулисами театра. В сумрачном интерьере, казалось, сверкали искры — так усердно готовились тут к вечернему концерту. Зал был довольно большой, по одной его стене тянулась сцена, напротив нее, по другой стене — высокие зеркала в позолоченных рамах. Зрители занимали места за столиками и на балконах напротив сцены, и по бокам от нее. Обстановка по минимуму, но хотя бы нет опилок на полу и ковбоев возле бара. Все приглушено, блестят лишь медные светильники на стенах и кольца на перилах балкона.

— Мама просила меня присмотреть за вами. Это почему? Вы для нее важная персона или она вам не доверяет?

Я рассмеялась (будем надеяться, не истерическим смехом). И не пронзительным смехом девочки-подростка, чей голос вопил у меня в голове: «Адам Кроули! Поверить не могу, я тут с Адамом Кроули, сыном Мики Кроули!» Откашлявшись, я постаралась заодно вернуть себе и ясность мыслей:

— Мы только что познакомились. С чего бы ей доверять или не доверять мне?

— Значит, вы — новая подружка Джордана, а не его экс и не сумасшедшая, которая его преследует?

— Не экс, не сумасшедшая и даже не подружка. — Я остановилась посреди дороги как раз в тот момент, когда Адам собирался провести меня через таинственную, без всякой вывески, дверь, которую охраняли двое здоровяков — по сравнению с ними тот великан у главного входа выглядел заморышем. — Вероятно, Клэр поручила вам встретить кого-то другого.

Он скорчил гримасу, выражавшую, должно быть, смиренную просьбу о прощении — вот только зеленые глаза так и полыхали:

— Да нет, это лишь мои домыслы. Раз уж меня послали к дверям встречать такую красавицу, значит, вы как-то связаны с Джорданом.

— Вообще-то я «связана» с Оливией.

— Ее пациентка?

— Вот уж нет.

— Она — ваша пациентка?

— Тем более нет.

Его улыбка стала более задушевной; Адам снова склонил голову к плечу, внимательно меня разглядывая (мы оба как раз прошли через ту дверь).

— В подруги ей вы точно не годитесь, — рассуждал он, ведя меня по коридору с афишами — краткая наглядная история рока: Джаггер, Бирн, Верлен, Йоханссон, Хинд, Спрингстин, Кобейн.