– Кто такая Лили Паркс, Чарльз?

– Перестаньте произносить это имя!

– Что вы с ней сделали?

– Ничего!

– Что она с вами сделала, Чарльз? Она что-то сделала, да?

– Она солгала… обманула меня…

– Как она вас обманула? – Эрика наклонилась, чувствуя, что уже почти у цели. – В чем вам солгала?

В этот момент он окончательно потерял контроль – покраснел, встал и, стуча кулаками по столу, закричал на Эрику:

– Хватит! Почему вы не можете просто оставить меня в покое?! Оставьте! Меня! В покое! – Он наклонился вперед, и его внезапно вырвало на пол. Адвокат вскочил со стула, с отвращением отпрыгнул в сторону, прижимая к себе бумаги. Эрика и Питерсон в ужасе отошли на несколько шагов назад. Чарльз рыгнул, сплюнул, вытер рот и какое-то время стоял там, уставившись на ковер, а потом вся злость как будто покинула его тело, и он опустился на корточки, дрожа и причитая:

– О, боже… Боже мой… Что я наделал… Простите меня…

– Хватит. Нам нужен врач. Немедленно! – отрезал адвокат.

60

– Бог ты мой, вот блевунов-то у нас давно не было, – усмехнулась Мосс, когда Эрика рассказала ей эту историю. Чарльза Уэйкфилда отвел обратно в камеру один из офицеров, и его состояние резко сменилось с дикого и обезумевшего на подавленное и замкнутое.

– Как думаете, надо ли вызвать врача, чтобы его осмотреть? – тихо произнес Питерсон. – Он может быть на грани, и…

– Думаете, стоит поместить его под надзор, чтобы он не совершил самоубийство? – задумалась Эрика. Мосс кивнула:

– Да.

Эрика очень расстроилась. Она так надеялась, что ей все-таки удастся вытянуть из Чарльза информацию о том, кто такая Лили Паркс и что она натворила. Они молча вернулись в комнату для допросов, и теперь боль в ноге Эрики стала пульсирующей.

– Мы что-нибудь выяснили по поводу образца ДНК Чарльза Уэйкфилда? – спросила Эрика уже, кажется, в десятый раз за день.

Крейн поднял глаза и посмотрел на Джона:

– Мы только что узнали, что мазок отправили из Хоува в Лондон.

– Что? Они не обработали его в своей лаборатории? – встревожилась Эрика.

– Я так понял, произошла какая-то путаница, и они решили, что нужно его отправить в Лондон, чтобы его обработала Служба столичной полиции, – пояснил Джон.

Вне себя от ярости, Эрика проглотила еще две таблетки обезболивающего, запив холодным кофе.

– И сколько это займет времени?

– Мне обещали результаты в течение следующих нескольких часов.

Остаток дня тянулся до бесконечности. Чарльзу Уэйкфилду вызвали врача и сказали, что, пока его как следует не осмотрят, его нельзя больше вызывать на допросы. Кэтлин ответила Эрике, что никогда не слышала ни о ком по имени Лили Паркс. Потом позвонила Силла:

– Простите, я не видела ваш звонок, детектив. Чем могу быть полезна?

Эрика сказала, что хотела бы задать несколько вопросов о бывших учениках Силлы.

– Послушайте, я как раз еду в метро, у меня урок вокала. Может быть, заедете ко мне?

– Я хотела бы поговорить с вами сегодня, это срочно, – Эрика посмотрела на часы.

– Так приезжайте на ужин. Будем только я, Колин и Рэй. Составите нам компанию, покопаетесь в наших мозгах.

В трубке было слышно, как загрохотал поезд.

– Я бы предпочла поговорить по телефону.