Больше он об этом не упоминал, и я подумала, что, может быть, и вправду это было неосторожно с моей стороны, а когда я узнала о том, что и на самом деле происходило в задних комнатах этих лавок, я поняла, что Уильям имел право на свое замечание.

Я не стала больше в них ездить, но не устояла перед искушением посетить миссис Вайз. Миссис Вайз была известна при дворе тем, что полностью соответствовала своей фамилии («Мудрая»). Она обладала особыми способностями и несколько раз предсказывала людям их будущее.

Я узнала о ее предсказаниях от графини Дарби, которая со времени моего приезда в Англию была моей старшей статс-дамой. Я привезла с собой двух голландских дам, и единственные англичанки при мне были миссис Форстер и миссис Модонт.

Однажды я заметила, что они о чем-то оживленно перешептываются с графиней и спросила, что это их так увлекло.

Вначале они не хотели говорить, но я настояла, и наконец графиня Дарби неохотно произнесла:

– Все это не более как сплетни, ваше величество. Без них не обойдется. Просто мы слышали, что миссис Вайз предсказала возвращение короля Якова и его расправу со всеми изменниками.

– Вот как, – сказала я. – И люди верят ей?

– Кто как, но разговоры идут. Такие предсказания всегда всех будоражат.

– А эта миссис Вайз, она действительно угадывает будущее?

– Трудно сказать! Говорят, что некоторые из ее предсказаний сбылись, но ведь это могло быть и случайностью.

– Я хочу видеть эту миссис Вайз, – сказала я.

– О, ваше величество, – задыхаясь от волнения, проговорила графиня. – Вы хотите…

– Я хочу сама взглянуть на нее, – сказала я.

– Если об этом узнают… пойдут разговоры. Подумают, что вы сами ей верите.

– Я хочу видеть ее. Я хочу задать ей несколько вопросов.

– Ваше величество… следует ли вам появляться у нее открыто… как… как вы появлялись у миссис Грейди… в ее магазине?

Я вспомнила публичный упрек Уильяма и недоумевающие взгляды окружающих. Почему королева позволяет этому человеку так разговаривать с собой, спрашивали они себя. Он король по ее милости. Но я жена его, думала я, и должна ему покоряться. Гилберт Бернет научил меня этому.

Да, Уильям не одобрит мое посещение миссис Вайз, но я все равно решилась пойти. Я своими ушами должна была услышать, что говорит эта женщина.

Моим дамам понравилась атмосфера секретности вокруг этого визита. Это делало его чем-то вроде приключения. Итак, я отправилась к миссис Вайз.

Но встреча разочаровала меня. Эта женщина не вызвала у меня доверия. Я видела, что мое посещение поразило ее. Она предсказала нечто такое, как она знала, что мне не понравится, и поэтому мой приход встревожил ее. Я скоро обнаружила, что она была ревностной католичкой, чем, я полагаю, и было вызвано ее предсказание.

Она старалась создать такое впечатление, что перед моим величием ее способности теряют свою силу и что ей не подобает предсказать мое будущее.

Я посмеялась про себя над этой глупой женщиной и ушла от нее с уверенностью, что ее предсказания мало чего стоят.

Для меня было большим облегчением, что Уильям не узнал о моем посещении миссис Вайз.

Год подходил к концу. Он начался с триумфа, а заканчивался печально. Я была рада, когда он кончился. Но новый год внушал еще больше опасений, потому что было ясно, что положение в Ирландии не может оставаться неизменным.

Вильгельм должен был послать туда армию против сторонников моего отца. Это означало, что скоро предстоит сражение между католиками и протестантами. С самого начала конфликта я опасалась прямого столкновения между моим мужем и отцом.

Теперь оно казалось неизбежным, и в первый месяц нового, 1690 года я начала желать себе смерти, чтобы никогда не узнать, чем оно кончится.